— Как тебе это удается? С одной спички…

Он выпрямился, встряхнул кисть.

— Не знаю. — Подошел, опустил подбородок ей на колени. — В самом деле не знаю. — Помолчал. — А что касается компьютера… Когда я увидел на твоем мониторе, что в системном файле некорректно прописан саундбластер, я сразу подумал, что это странно. Все странно. Во-первых, уже тот факт, что муж сам ставил тебе эту программку, хотя дело выеденного яйца не стоит. Во-вторых, эта музыка тебе была ни к чему. В-третьих, такой грамотный компьютерщик, как он, просто по определению не мог допустить ошибку. Значит, он зарядил брак в твой компьютер намеренно.

— Зачем?

— Я могу лишь предполагать. Скорее всего, дело было так; ему нужно было на всякий случай спрятать какую-то информацию. Держать ее на бумаге — нереально. Держать на работе в сети — тоже неразумно: слишком многие имели к ней доступ в конторе, Да и извне сеть взломать нетрудно. Вот он и свалил информацию в твою старенькую машинку. И пометил ее — на всякий случай.

— Пометил? Как?

— Очевидно, он рассуждал так: если с ним паче чаянья что-то случится, ты до документов доберешься. При загрузке ты будешь постоянно натыкаться на предупреждение — раз, два, десять, сто. Но в сто первый раз ты поймешь: что-то здесь не так.

— И что, дальше?

Б. О. отыскал розетку, подключил компьютер к сети, поставил его на диван рядом с Басей.

— Ты сможешь оценить состояние системного файла?

— Да что ты, откуда… Это же сплошная абракадабра.

— Попробуй, попробуй.

На экране возникли символы, слова. Она наклонилась к встроенному в крышку чемоданчика монитору, опустила курсор — абзац улетел наверх, оголив пустое поле. Некоторое время оно стояло на мониторе, потом снизу вверх пополз текст. И еще один. И еще. Тексты шли один за другим, разматываясь из невидимого свитка.

— Это я снял из твоей машины, — заметил Б, О. — Точнее сказать, просто сдернул оттуда файл. Теперь его в твоем рабочем компьютере нет.

— Ты думаешь… — начала она и умолкла.

Огонь в камине набирал силу, его отблески выплескивались на стену, тепло волной шло по комнате, на потолке вяло шевелились тени, и так уютно было сидеть в тепле и слушать, как пляшет по крыше дождь.

— Да, — закончил ее мысль Б. О. — Твоей машинке просто повезло, они упустили ее из виду, — вставил он в рот сигарету, прикурил.

В каминной становилось жарко — она встала, распахнула окно, глубоко вдохнула настоянный на запахах ожившей зелени воздух и, чувствуя, как лицо опушает мелкая и летучая, как пудра, водяная пыль, все думала о том, что нечто важное осталось недосказанным, провисло, так и не найдя опоры, в какой-то его вскользь брошенной реплике.

Сквозняк быстро выдавил из комнаты избыточное тепло, Бася плотно притворила дверь, села рядом с Б. О. на пол, по-турецки скрестила ноги и тронула его за локоть:

— Ты сказал — ОНИ?..

Он посмотрел на нее сверху вниз, кашлянул в кулак и отвел глаза в сторону.

— Нет, ответь, — она теребила его за локоть. — Кто эти ОНИ?

Он осторожно отцепил ее руку, сполз со стула на пол, уселся напротив, зеркально воспроизводя ее турецкую позу, протянул раскрытые ладони. Она опустили в них свои.

— Держись крепче, — предупредил он, — а то упадешь, — подумал и добавил: — Хотя все равно будет больно.

— Ничего, — сказала она. — Переживу.

Некоторое время Б. О. глядел куда-то выше ее плеча.

— Ты прошлый раз жег здесь газету, — она кивком указала на жестяной поддон, оберегавший пол от искр, — и что-то бормотал себе под нос.