Они просидели у компьютера до самого утра, изредка отвлекаясь на то, чтобы выпить немного водки. Во вместительной пепельнице выросла гора окурков. Наконец Б. О. отодвинул ноутбук, подошел к окну и долго смотрел, как течет между деревьев туман.

— Всю жизнь мечтал познакомиться с депутатом Государственной думы, — сказал он.

* * *

Все было, как обычно: бешеная гонка по пустынному шоссе, визг покрышек, опасный поворот юзом, а потом неторопливый путь туда, где поджидал в своем белом «форде» гаишник с желтым лицом, привычный обмен с ним ничего не значащими репликами… И этот взгляд в небо, вдох полной грудью, долгий выдох:

— Ах, хорошо…

Гаишники забрали грузовики и отбыли. Из джипа, экипаж которого терпеливо дожидался, пока патрон окончательно придет в себя, кряхтя, выбрался Вартан.

— Я так понимаю, у тебя были веские основания навестить меня, — сухо приветствовал его Аркадий. — Опять какое-нибудь говно принес?

— Напротив. Вчера ночью звонил наш народный избранник. Папка готова. Как только у них закончатся летние каникулы, ее станут обсуждать на комиссии.

— Надеюсь, им будет что обсудить. С этим материалом хорошо поработали?

— Нормально. Девяносто процентов того, что накопал помощник Геннадия, заменили туфтой.

— А остальные десять?

— Вы же сами говорили… Три фирмы пришлось сдать.

— Не обеднеем… Скупой платит дважды. Тебе, Вартан Ашотович, приходилось платить дважды?

Вартан потупился и глухо отозвался:

— Приходилось.

— Да что ты говоришь? — притворно изумился Аркадий. — И по какому случаю?

Вартан молчал, хмуро разглядывая носки своих ботинок.

— Вы сами знаете по какому… Когда-то давно у меня была торговля на Полянке, неподалеку от магазина «Детский мир»…

— Ах, вон ты о чем. Ну так мы вроде квиты. Я подвинул тебя с бойкого места, ты спалил мои ларьки. Боевая ничья. Ну, довольно об этом, не отвлекайся. Давай-ка пройдемся. Тебе надо больше двигаться, ты стал толстоват. — Взяв Вартана под локоть, Аркадий провел его по обочине. — Я все об этой папке беспокоюсь… Вызови мне нашего народного трибуна.

Вартан протянул ему пенал мобильника. Аркадий поднес к уху телефон и несколько секунд ждал ответа на вызов.

— Геннадий Петрович, дорогой! Как ваше здоровье? Что говорите? Нормально здоровье? А мне сдается, что нет, голос у вас какой-то больной и прононс насморочный. Я отправляю вас на больничный… Полежите в постели, отдохните. Попейте успокоительное, На худой конец поставьте себе клизму. Да-да, я слушаю…

С минуту Аркадий терпеливо выслушивал собеседника. На лице его стояла неподвижная улыбка.

— Все сказал? — Улыбка мгновенно испарилась. — А теперь, мудила, слушай сюда. Ты заболел, понял? Сиди дома и не кашляй. Что — банкет? Какой еще банкет? Деловой, говоришь? Ничего, перебьешься. Пусть помощник твой туда съездит, он это заслужил. Все. Все, я сказал!

Он вернул Вартану аппарат, тот спрятал его в карман, вынул платок, промокнул лоб.

— А что поделывает твой крестник? — спросил Аркадий. — Куда-нибудь нас вывел?

— Пока нет. Сидит со своей бабой на даче.

— Не нажимайте на него. Пусть человек спокойно работает. Я чувствую, он нас куда-нибудь да приведет. Ты веришь в предчувствия?

— Нет.

— Напрасно.

* * *

Легли спать они с рассветом, поднялись часов в десять, прибрались в каминной, заперли баню и поехали в Москву.