- Смерть? - удивился Антон.

 - Один индийский мудрец по имени Вивекананда попытался, как бы это поточнее сказать, рассмотреть основной вопрос философии, - Артемов едва заметно улыбнулся в усы, - именно в таком аспекте... В самом деле, можно ли считать смерть концом всего, к чему мы все так привязаны? Человек уходит, и мир для него исчезает в тот же миг, словно и не существовал никогда. Вот вам и реальность, данная в ощущениях. Самые светлые чаяния, плоды упорного труда, взлеты разума, откровения духа - все проваливается в никуда.

 - Почему в никуда? Хорошее остается людям.

 - А плохое - нет?

 - Плохое тоже.

 - Но и эти люди уходят в свой черед. Вы, конечно, можете возразить, что человек, хоть и смертен, но вечно пребудет человечество... Нет, мой уважаемый чела [10] , не вечно. Гибнут цивилизации, есть предел и существованию человека, как вида. Все смертно во Вселенной, кроме нее самой. Она единственная. Куда ей деться?.. Почему, как вы справедливо заметили, недостижима абсолютная истина? Потому ли, что ее не существует в готовом виде, и мы можем лишь постепенно приближаться к постижению великих тайн, или у нас просто нет слов, способных выразить нечто запредельное? "Холоден и жалок нищий наш язык", как сказал поэт.

 - А математика?

 - Верно. Математика - язык Бога, но ведь и она неисчерпаема. Вообразить, и то немыслимо, какими уравнениями высочайших порядков оперируют, скажем так, в школе юных ангелов. Школьник, овладевший логарифмами, и не подозревает о существовании матанализа. Вот вы лично, геолог-дезертир, успели познакомиться с дифференциальным исчислением, а до интегралов так и не добрались, что вы знаете о высшей математике? Теорему Гедаля? Тензорное исчисление?.. То-то и оно. Язык лишь бесполезная попытка выразить истину, в нас находящуюся, вложенную с рожденья. Вполне допускаю, что и грудной младенец пытается нечленораздельными звуками выразить некие откровения, могущие привести в изумление самых выдающихся мудрецов. Но нет у младенца ни подходящих органов, ни способов... А мудрецы?.. Их бессмертные мысли, по сути, мало чем отличаются от детского лепета. Язык современной математики, самый, вы правы, корректный и дисциплинированный, только по уровню выражения разнится с мистическими формулами древнего мира, туманными, замешанными на мифологии. И там и здесь в мешанине теорем и приблизительных слов, неясных символов и знаков бьется, не находя выражения, величайшая идея. Смею уверить, что древние мифы зачастую несут в себе куда больше блесток самородного золота, чем построения доморощенных корифеев.

 Антон догадался, куда метила стрела. Он уже и сам, после закрытой речи Хрущева, которую открыто зачитывали на факультете, критически относился к основополагающим трудам "корифея всех наук". Сталина он ненавидел с той же неистовой искренностью, с какой обожал в довоенном детстве. Прав, прав Артемов: лепет ребенка.

 ...С песнями, борясь и побеждая,

 весь народ за Сталиным идет...

 Почему-то слышалось "моряси побеждая", и, не ведая, кто такие эти новые враги - "моряси", Ант уверенно подпевал, вторя хрипящему репродуктору у няньки на кухне.

 Его запрограммированный мозг, взбодренный разоблачением "культа личности", долго оставался в плену расхожих иллюзий, разделяемых прогрессивной, как считалось, "левой", по тогдашней терминологии, частью интеллигенции: возвращение к ленинским нормам, мысли молодого Маркса и все такое.

 Какие мысли, какие такие нормы? Разнарядки на расстрел священнослужителей? Высылка ученых, писателей, инженеров? Нормы баланды на человеко-душу в Соловках?

 Словом, "и комиссары в пыльных шлемах склонятся молча надо мной"...

 Расстрелянный отец и был таким комиссаром, а гражданская оставалась светлым воспоминанием о "золотом веке".