Видал с силой стиснул стакан.

– Не стоит, Тео, – покачал он головой, – Кариана не любит сборищ.

Вновь возникла неловкая пауза.

– Кстати, о «Королеве-воительнице», – начал Видал. – Я не желаю никакого вмешательства администрации.

Гамбетта, всплеснув руками, обратился к Валентине:

– Как вам нравится этот тип? Я позволяю ему набирать актеров в любых количествах, предоставляю миллионный бюджет, а он еще и недоволен!

Он хохотнул, но на сей раз никто не разделил его веселья. Тонкие белые морщинки появились в уголках рта Видала. Невероятно, но он за весь вечер ни разу не вспомнил о Кариане! Теперь его вынудили подумать о ней, и тяжкое бремя вновь легло на его плечи.

Валентина потрясенно застыла. Кариана. Его жену зовут Кариана. Красивое имя, и вскоре она сама вернется и займет свое законное место рядом с Видалом, в счастливом неведении о девушке, которая провела ночь в комнате для гостей и безнадежно влюбилась в ее мужа.

– Тенанту дали роль в «Короле пиратов». Ему вряд ли понравится, если в последнюю минуту его снимут с картины, – заметил Тео.

Видал заставил себя вновь вернуться к разговору.

– Я поговорю с ним, – пообещал он, прекрасно понимая, что беседа будет чистой формальностью. Если Гамбетта согласился, чтобы Роган играл в «Королеве-воительнице», любые возражения актера значения не имеют.

Однако Валентина далеко унеслась мыслями от «Королевы-воительницы» и испуганно встрепенулась, когда Видал во второй раз спросил:

– Вы готовы, Валентина?

Он уже стоял, протягивая ей руку. Девушка, вздрогнув, вложила в его ладонь свою и поднялась.

– Вам нужно что-нибудь накинуть поверх платья, – объявил Гамбетта, заметив, как девушку передернуло от озноба, но неверно истолковав его причину.

– Нет, спасибо. На улице тепло.

Видал выпустил ее руку. Дрожь немного унялась.

– Вздор! – великодушно воскликнул Гамбетта. – Какие счеты между друзьями? Норкой больше, норкой меньше… Джефферс! Принесите даме палантин!

На обнаженные плечи девушки немедленно лег белый норковый палантин. Как ни странно, тепло подействовало на Валентину самым успокаивающим образом.

– Спасибо, – повторила она, пытаясь улыбнуться. – Обещаю вернуть его завтра же.

Теодор Гамбетта оглушительно расхохотался.

– Знаете, я действительно верю, что вы так и сделаете, – выговорил он наконец, вытирая платком слезы. – Он ваш, малышка. И это только начало.

Джефферс проводил гостей к выходу, и даже на крыльце до них все еще доносились взрывы смеха.

– Говорил же, что вы ему понравитесь, – сухо заметил Видал, как только водитель открыл заднюю дверцу «роллс-ройса» и Валентина скользнула внутрь.

Прошло несколько минут, прежде чем она смогла спокойно говорить.

– Сколько времени пройдет? – поинтересовалась она.

– Как правило, на подготовку уходит от шести месяцев до года, – сообщил Видал и рассмеялся, заметив выражение ужаса на лице Валентины. – Не волнуйтесь. В данном случае слово «как правило» неприменимо. Сценарий написан, бюджет утвержден. Месяца через полтора примемся за работу.

Валентина, немного помолчав, спросила:

– Но чем я буду заниматься все это время?

– Прежде всего учить сценарий. Завтра я велю вам его прислать. Но если дело пойдет, как сегодня утром, у вас не будет никаких проблем, – улыбнулся Видал, и в этот миг в нем что-то болезненно сжалось при виде нежного овала доверчиво поднятого к нему лица.