— Добрый день, — на наш звонок из калитки выглянула женщина лет сорока. — А вы к кому?

— Простите, мы вообще-то не к вам, а к соседям, но их дома нет, поэтому хотели бы с вами поговорить, узнать, может, им нужно чего-то, — затараторила вдруг Катя, из огненной стервы превратившись в милую девчушку. — Мы из юнскаутов, делаем обход подопечных. Но на этом участке мы впервые, а Пырьевой Мстиславы Дорофеевны дома нет. Возвращаться с пустыми руками как-то нехорошо, вот решили пройтись узнать, может, кто подскажет чего. Ой! Мы, наверно, не вовремя. Извините, совсем из головы вылетело, что праздник.

— Да ничего страшного, — улыбнулась женщина, — вы проходите. Чего в воротах разговаривать.

— Простите, мы торопимся, да и неудобно, — скорчила покаянную мордашку Катя, а я хмыкнул, глядя на это. — Мы буквально пару вопросов зададим и всё.

— Ну хорошо, — вздохнула женщина. — Давайте.

— Вы давно тут живёте? — приступила Милорадович. — Просто дом у вас новый совсем. И стройка ещё идёт, как я погляжу.

— Да, хотим баньку поставить и дровник капитальный, — рассмеялась женщина. — А живём тут мы пару лет буквально. До этого отец мужа один жил, в старом доме, но ему уже за восемьдесят. Хоть и бодрится, а пригляд нужен. Вот решили продать квартиру и большой дом поставить, чтобы всем хватило.

— Хорошая мысль, — я кивнул одобрительно. — До центра недалеко, а место довольно тихое. И даже пруд есть рядом. Удобно.

— Так-то да, но до школы или больницы далековато, — вздохнула женщина. — Возить приходится. Хорошо ещё, что старший в этом году закончил, теперь ещё дочку три года доучить, и всё.

— Так у вас сын-выпускник? — подхватила тему Катя. — А куда поступать собирается? Мы-то в политехническом учимся, это в Академгородке. У нас много интересных специальностей. Пусть подумает.

— Далеко, — сокрушённо покачала головой женщина. — Мы насчёт связи думали, но тоже неблизко.

— А Ванечка, внук Мстиславы Дорофеевны, с вашими детьми в школу ходит? — элегантно вернулась к опросу Катя. — Ему же семь уже. Он в первый пошёл или во второй?

— Честно говоря, не могу сказать, — смутилась женщина. — Мы как-то не общаемся. Они всегда сами по себе. В гости не заходят, даже за ворота ни разу не прошли. А Ванечка тихий всегда. Оно понятно, родителей в таком возрасте потерять, но иногда аж страшно. Не ребёнок, а приведение. Слова не скажет.

— А с самой Мстиславой Дорофеевной часто видитесь? — продолжила допрос Милорадович. — Какой она вообще человек?

— Ведьма она! — прервал разговор грубый старческий выкрик, а затем из калитки показался крепкий дедок с клюкой в руке. — Ведьма и есть. Бесово семя.

— Почему вы так считаете? — тут же заинтересовалась Катя.

— Хех, — хохотнул дедок. — Молодёжь. Настька, чего гостей в пороге держишь?! А ну заходьте.

— Благодарим, но мы… — начала было Катя, но я ткнул её в бок, заставляя умолкнуть.

— Конечно! — и потянул девушку за собой, переступая через порог. — Мир этому дому.

— Хех, добре, — расплылся в ухмылке дед. — Меня Миколой кличут. Так и зови, дед Микола.