Я повернулась к Кожемякиной и прошептала:

– Здесь есть второй выход?

– Второй выход? – повторила она удивленно. – Зачем нам второй выход? Я же говорю, что имею полное право здесь находиться! Это ведь пока моя квартира!

– Но выход есть?

– Есть, на кухне, туда нужно пройти через прихожую.

– То есть мимо них… а кроме этого?

– Больше ничего.

– Хоть спрятаться есть где?

Видимо, по моему лицу Кожемякина поняла, что дело серьезное. Она оглянулась на дверь и проговорила, понизив голос:

– Вот там есть укромный уголок…

Она выскользнула в коридор, отдернула пыльную бархатную штору. За ней была глубокая ниша, в которой громоздилась пирамида старых чемоданов.

Мы забились в угол за этими чемоданами.

В коридоре послышались приближающиеся шаги, и прозвучал голос женщины-риелтора, на этот раз не такой жизнерадостный:

– Вы понимаете, что квартиры в этом районе ценятся буквально на вес золота?

– Слышала уже, слышала! Лучше скажи, ты Пашку Сыроедова знаешь… в смысле, знала?

– Ну… в общем, да, но он у нас больше не работает…

– Да уж, это точно, не работает! – на этот раз знакомый голос прозвучал насмешливо. – И вообще, запомни, когда я тебя спрашиваю – надо отвечать!

– Лама! – на этот раз в коридоре раздался предостерегающий мужской голос. Тоже знакомый.

– Сколько можно повторять – не Лама, а Ламия!

Да, я не ошиблась. Под видом покупательницы в квартиру пришла та кошмарная блондинка, от которой я с трудом сбежала…

– Это она… – прошептала я обреченно, – это она Пашку убила…

– Что ты там шепчешь? Говори вслух! – рявкнула жуткая баба, подумав, что это риелторша что-то бормочет.

В голосе Ламии прозвучала такая ярость, что Кожемякина попятилась…

И груда чемоданов с грохотом обвалилась на пол.

– А здесь, оказывается, водятся крысы! – прошипела Ламия, и одним рывком отдернула штору, за которой мы прятались. – Каки-ие люди! – пропела Ламия, оглядывая нас с Кожемякиной, и хищно улыбнулась.

Позади нее стоял неизменный напарник с лошадиным лицом и низенькая краснощекая толстушка – должно быть, риелтор из агентства «Домострой».

– Здрас-сте, Наталья Сергеевна! – пискнула эта толстушка. – А вы здесь? А я покупателей привела…

– Да, покупателей! – повторила за ней Ламия, откровенно развлекаясь. – Какая удачная встреча!

– Мы как раз уходили… – начала было Кожемякина.

– Нет уж, раз уж мы так удачно встретились, непременно должны пообщаться! – прошипела Ламия, и шагнула к нам.

– Но я опаздываю на важную встречу…

– Ничего, обойдешься!

Ламия схватила Наталью Сергеевну за руку, заломила ее за спину, мигнула своему напарнику.

Я потянулась было к сумке, где лежал заветный бокал – хотя чем он мог мне сейчас помочь?

В любом случае длиннолицый меня опередил, он схватил меня за локти и потащил в жилую комнату.

Несчастная краснощекая риелторша трусила следом, то и дело всплескивая руками и восклицая:

– Что вы делаете? Это же Наталья Сергеевна! Это же Кожемякина! С ней так нельзя! Отпустите ее сейчас же! Наталья Сергеевна, я к этому не имею никакого отношения! Это просто клиенты… просто покупатели… я их просто привела посмотреть квартиру…

– Да заткнись уже ты! – прикрикнула на нее Кожемякина.