|
– Ну надо же! Зачем это вам? И зачем вы направляете пистолет на меня? Он ведь может случайно выстрелить! – Или не случайно… – Что вы хотите этим сказать? – Я хочу сказать, что Павел работал на меня! – На вас?! – Ну да! Удивлен? Думал, я безобидная старушка, божий одуванчик? Думал, отдам тебе шкатулку вот так, запросто? – Шкатулку? Какую шкатулку? – Прекрасно знаешь какую! Шкатулку с бриллиантами, которую вы нашли в тайнике! – Я не знаю, о чем вы… – Прекрасно знаешь! Говорю же, Павел работал на меня. И ты будешь на меня работать, если хватит мозгов! – Я все же не понимаю… – Не понимаешь? А с виду не такой тупой! Ну, если не понимаешь – я тебе объясню. Павел действительно оставил у меня бриллианты. Так что ты без меня ничего не получишь. Я тебе очень нужна! Но ты мне тоже нужен. Ты знаешь, кому можно эти бриллианты продать – за приличную цену и достаточно безопасно. Тетка сделала небольшую паузу и продолжила: – Конечно, я без тебя могу обойтись, могу сама найти какого-то покупателя. Но вряд ли я получу приличную цену, это будет дольше, а самое главное – опаснее… Она снова сделала паузу – чтобы дать Горынычу осмыслить свои слова, потом снова заговорила: – Получается, что мы с тобой нужны друг другу. Но бриллианты у меня, значит, я получу больший процент от их продажи. Надеюсь, это тебе понятно? – Но с Павлом мы делили прибыль поровну… – То с Павлом, а то со мной! Или ты соглашаешься, или не получаешь ничего! – Но о каком конкретно проценте вы говорите? – Я получаю семьдесят процентов, ты – тридцать. – Побойтесь бога! Это несерьезно! – Это очень серьезно! Не забывай, бриллианты у меня… – Но продать их без меня вы не сможете! – Это еще как посмотреть… хватит уже торговаться! Или соглашайся, или… – Ладно, ладно, зачем нам ссориться? – примирительно проговорил Горыныч. – И вы, и я заинтересованы в одном и том же… лучше нам помочь друг другу, чем ставить палки в колеса… – Вот это – другой разговор. Значит, мои условия тебя устраивают? – Ну… так и быть… Горыныч немного помолчал, потом проговорил заинтересованно: – А что это за гравюра у вас на стене? – Гравюра как гравюра… память о моем первом муже. Он собирал всякий антиквариат. – Ах о первом муже… – Да, о нем. – А можно мне посмотреть на эту гравюру вблизи? Раздался скрип – должно быть, Горыныч встал со стула. Но Аглая прикрикнула на него: – Сидеть! Не трогай ничего! Тут же раздался сухой металлический щелчок. – Аглая Михайловна! – испуганно проговорил Горыныч. – Уберите пистолет! Аглая тут же сменила тон: – Извините за резкость, но сейчас мы говорим не о моем муже и не о гравюре. У нас более важная тема… В это время снова начали бить часы. На этот раз они пробили четыре. – Ох, извините, Аглая Михайловна, – проговорил Горыныч, как только наступила тишина. – Мне пора… у меня очень важное дело… – Что это ты так заторопился? – Вспомнил об одной неотложной встрече. – А разговор со мной, значит, не такой важный? – Нет, конечно, очень важный, но мы с вами принципиально договорились и я буду искать подходящего покупателя… – Ну ищи… Послышались шаги, направляющиеся в прихожую, хлопнула дверь – и снова в квартире наступила тишина. |
