— Ты хочешь, чтобы я бросал, как будто ребёнку, или в полную силу?

— В полную силу.

— Ну, хорошо…

Мы идём на наш маленький задний дворик, и на час или около того я забываю про Кристофера чёртова Леона.

— Э-э… Микайла, — зовёт Джейк. Бросок, удар, пробежка и всё по новой.

Джейк практически не называет меня Микайла, поэтому я внимательно слушаю, что он собирается сказать.

— Да? — отвечаю я настороженно.

— Э-э-э… я знаю, что… э-э…

Он откашливается, снимает кепку, проводит рукой по волосам, затем снова надевает кепку, но козырьком назад. Признак того, что он нервничает. Проклятье.

— Я знаю, что ты носишь обручальное кольцо своей мамы, но… э-э-э… В смысле, что будет, если… я имею в виду, когда парень, эх, предположительно я. В смысле, что будет, если… когда парень… я захочу сделать тебе предложение?

Что. За. Чёрт.

Откуда это взялось?

— Что ты хочешь сказать, Джейк?

Его глаза расширяются.

— Ох, чёрт, Кайла, нет! Я не делаю предложение, чёрт. Я просто… э-э… Мне просто интересно. — Стараясь убедить меня, он бешено машет руками.

Я смеюсь, потому что он пытается дать задний ход, и это чертовски забавно.

***

Мы заказали китайской еды на ужин и едим, сидя на диване и смотря телевизор.

— Я бы хотела своё собственное кольцо, — говорю я.

— А?

— Когда парень, предположительно ты, будет делать предложение, я бы хотела своё собственное кольцо. Просто чтобы ты знал.

На секунду опускаю взгляд на еду, а потом снова смотрю на него.

Его щёки окрашиваются румянцем.

Я продолжаю:

— Мне нравятся эти кольца, но это вроде как… это их, понимаешь? Они отражают их самих и их историю. Думаю, я хотела бы своё, отражающее мою сказку, моего принца, моё «и жили они долго и счастливо».

Он улыбается.

— Ну хорошо.

И возвращается к еде.

***

Ночью мы лежим в постели после занятия любовью. Я научилась шуметь не так громко, что очень сложно, потому что пока я этому училась, Джейк изучал моё тело, каждый миллиметр. Он знает меня. По-настоящему знает.

— Ты хочешь присутствовать на слушании, Кайла?

— Думаешь, мне стоит?

— В смысле, отец говорит, что там всё очевидно, и я не думаю, что тебе нужно туда идти.

— Тогда я и не хочу.

— Ты уверена?

— Думаю, с меня хватит прошлого, Джейк. Я хочу своё будущее.

Я смотрю на него, и Джейк понимает. Он знает, о чём я говорю. Я просто хочу его.Глава 51

Микайла

Прошёл год с тех пор, как моя жизнь изменилась. С тех пор, как люди, которых я думала, что любила, предали меня, а людей, которых я любила на самом деле, у меня отняли.

И год назад я встретила своё будущее.

Мы с Джейком остались в доме его родителей на выходные. И теперь мы здесь, на кладбище. В руках красные тюльпаны по случаю завтрашнего дня рождения мамы. Их принёс Джейк. Не представляю, как он узнал или запомнил, что у мамы день рождения, но он знает, и это одна из причин, почему я люблю его намного больше, чем очень сильно.

Мы идём, держась за руки, прямо к их надгробиям. Рядом с ними стоит одинокая фигура, одетая в чёрное, лицо скрыто за тёмными очками, а голова опущена.

С этого расстояния я не могу понять, кто это, но у меня нет никакого желания делить момент с кем-то ещё, поэтому мы ждём.

Когда она поворачивается, я её узнаю. Но это не тот человек, которого я когда-то знала, она больше похожа на тень той, кем была раньше. Её когда-то длинные светлые волосы теперь стали цвета грязной соломы и подстрижены в каре длиной до подбородка.