Встревоженный печальною мечтой,

         Я плакал; но все образы мои,

         Предметы мнимой злобы иль любви,

         Не походили на существ земных.

         О нет! всё было ад иль небо в них.

3

         Холодной буквой трудно объяснить

         Боренье дум. Нет звуков у людей

         Довольно сильных, чтоб изобразить

         Желание блаженства. Пыл страстей

         Возвышенных я чувствую, но слов

         Не нахожу и в этот миг готов

         Пожертвовать собой, чтоб как-нибудь

         Хоть тень их перелить в другую грудь.

4

         Известность, слава, что они? – а есть

         У них над мною власть; и мне они

         Велят себе на жертву всё принесть,

         И я влачу мучительные дни

         Без цели, оклеветан, одинок;

         Но верю им! – неведомый пророк

         Мне обещал бессмертье, и, живой,

         Я смерти отдал всё, что дар земной.

5

         Но для небесного могилы нет.

         Когда я буду прах, мои мечты,

         Хоть не поймет их, удивленный свет

         Благословит; и ты, мой ангел, ты

         Со мною не умрешь: моя любовь

         Тебя отдаст бессмертной жизни вновь;

         С моим названьем станут повторять

         Твое: на что им мертвых разлучать?

6

         К погибшим люди справедливы; сын

         Боготворит, что проклинал отец.

         Чтоб в этом убедиться, до седин

         Дожить не нужно. Есть всему конец;

         Не много долголетней человек

         Цветка; в сравненье с вечностью их век

         Равно ничтожен. Пережить одна

         Душа лишь колыбель свою должна.

7

         Так и ее созданья.