Они с Чейзом крепко обнялись и немного поговорили, прежде чем Эван не заторопился обратно к жене.

‒ Мне лучше поспешить, пока Анна не уговорила врача сделать мне вазэктомию без анестезии. Кстати, доктора сказали, что в течение часа переведут Анну в палату номер двести десять.

Чейз направился в вестибюль, чтобы добыть нам кофе, а я – в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Стерев со щеки засохшие слюни, я попыталась пригладить волосы, которые выглядели как крысиное гнездо, даже несмотря на то, что я спала сидя и в одной позе. Освежив лицо водой, я снова посмотрела на себя в зеркало, и только тут до меня дошло, что я собиралась встретиться с сестрой Чейза.

Казалось, что за последние несколько дней наши отношения с Чейзом изменились. Теперь это было уже не просто физическое влечение. Мы много говорили о наших жизнях и о том, что сделало нас такими, какие мы есть. И вот теперь я готовилась быть представленной одной из членов семьи Чейза. Обычно такое стремительное развитие событий напугало бы меня до чертиков, но сейчас я с удивлением обнаружила, что предстоящее знакомство вызвало легкое приятное волнение, а паники нет и в помине.

_______________

Анна оказалась точной копией Чейза, только более мягкой и женственной. Я не могла не улыбнуться, заметив, как засветилось ее лицо, когда она увидела брата.

‒ Ты здесь! ‒воскликнула она.

‒ Конечно, я здесь. ‒ Чейз наклонился и поцеловал сестру в щеку. ‒ Не хочу следующие пятьдесят лет выслушивать твои жалобы, что пропустил такое событие.

‒ Пойдем со мной в палату для новорожденных. ‒ Эван нетерпеливо похлопал Чейза по плечу. ‒ Должно быть, они уже закончили его мыть.

Чейз быстренько представил нас с Анной друг другу, и они вместе с шурином умчались смотреть сына и племянника.

‒ Что-то подсказывало мне, что однажды я с тобой встречусь, ‒ рассматривая меня, произнесла Анна.

Я была удивлена уже тому, что она вообще знала о моем существовании, но спросить о том, что еще она знает, не решилась.

‒ Поздравляю с рождением сына! Извини, что вторглась в такой личный момент. Чейз попросил составить ему компанию, пока он ждал рождения племянника. Если ты хочешь побыть одна, я могу подождать снаружи.

‒ За последние несколько часов полгоспиталя заглянуло под мою больничную рубаху, и сейчас, уже одно то, что я могу держать ноги плотно сомкнутыми, ощущается, как полная неприкосновенность личной жизни.

Анна так искренне улыбнулась, что я не могла не рассмеяться.

‒ Вы уже решили, как назовете сына?

‒ Да. Мы назовем его в честь моего отца – Со́йер. Со́йер Эван.

‒ Красиво звучит.

‒ Спасибо. Знаешь, а я рада, что Чейз пришел с тобой. Он рассказывал о тебе во время наших еженедельных ужинов, и, признаться, мне стало любопытно.

‒ Любопытно? Почему?

‒ Обычно Чейз не рассказывает о женщинах и не знакомит их с семьей. И уж точно не оставляет их наедине со мной.

‒ Боится, что ты откроешь все его секреты? ‒ с улыбкой спросила я.

‒ Ага. И мне лучше поторопиться это сделать, так как палата новорожденных чуть дальше по коридору.