Третий повел их к гравилифту. Молчаливый Первый шел по пятам, словно конвоируя экипаж «Ланселота». Они поднялись на седьмой этаж, в контактный комплекс Планировщика. Со дня военного совета перед атакой на Крысятник тут ничего не изменилось: удобные кресла, длинный узкий стол с вогнутой поверхностью в дальнем конце, тонкие хоботки голопроекторов под потолком, неяркое, даже тусклое освещение.

    – Что-то я не вижу парней с «Голландца», – протянул Птурс, устраиваясь в кресле. – Ни их не вижу, ни ребят Оношко. А я-то думал, нас вознаградят за героизм!

    Намек остался не услышанным – оба серва молча встали у стены. Насколько знал Вальдес, их отношения с Планировщиком были простыми: тот приказывал, а Регистраторы подчинялись.

    Луч проектора упал на свободное кресло, и в нем возникла знакомая фигура: Монтегю Ришар, собственной голографической персоной. Должно быть, Планировщику казалось, что с Адмиралом им будет приятней беседовать.

    Светлая Вода откашлялся:

    – Если нет возражений, мы хотели бы видеть кого-то другого.

    – Почему? – спросил Планировщик резким голосом Ришара.

    – Адмирал – уважаемая нами личность. Его эмоциональное воздействие велико, и нам труднее ему отказать.

    – Если придется отказывать, – добавил Птурс.

    – Устроит ли вас этот облик? – Теперь в кресле сидела полуобнаженная красотка: длинные ноги, тонкая талия, пышная грудь, распущенные по плечам белокурые волосы. Красавица игриво улыбнулась и заметила томным контральто: – Думаю, вид человеческой самки вам приятен.

    – Ээ… – начал Птурс, пожирая блондинку взглядом, но Вальдес хлопнул его по колену, заставив умолкнуть.

    – На деловых переговорах не место таким женщинам, – сказал Кро. – Они пробуждают у нас определенные инстинкты. С ними даже ваш нейтрализатор не справится.

    – Именно так! – опомнившись, поддержал Птурс. – Эта дамочка покрепче ширьяка!

    Фигура в кресле заколыхалась.

    – Вы очень разборчивы, – произнес Планировщик. – Может быть, это подойдет?

    Он превратился в серва. Биоробот был высшего качества – такие служили дипломатами в посольстве на Луне. Изящная фигура, строгий темный костюм, глаза с синими зрачками, бледная физиономия, на которой отражались кое-какие эмоции – во всяком случае, улыбаться он умел.

    – Годится, – сказал Вальдес, одобрительно кивнув. – Перейдем к делу, Планировщик. Для нас есть какое-то задание?

    – Не совсем, Защитник. – Серв небрежно положил ногу на ногу. – Речь идет об изменении вашего статуса и, разумеется, контрактов. Хозяева желают перевести вас в Конвой.

    Секунду царило ошеломленное молчание, потом Птурс грохнул кулаком по столу.

    – Опа-на! В Конвой! Ну, паразиты! Это что же, в награду за доблесть? За штурм Крысятника, за генератор, за пролитую кровь, за…

    – Мы создаем особый Конвой, – спокойно молвил Планировщик. – Вы получите новый корабль, приспособленный для землян, с четырьмя орудиями и просторными отсеками, с питающим автоматом и привычной кухней. Его доставят из Розовой Зоны завтра. Вы будете довольны.

    Вальдес хмыкнул и почесал в затылке.

    – Что с гальюном?

    – Он тоже приспособлен к вашей физиологии. Кроме того, есть душ, гидромассаж и…

    – Но мы теряем в оплате! – выкрикнул Птурс.