|
И чудо свершилось, мне удалось уйти из «Аскольдовой могилы» без объяснений и потерь. В тот момент я поклялась себе, что не стану вникать, с чего это вдруг Антон Ильич Смирнов, доктор исторических наук и директор гуманитарной гимназии имени Карамзина, числится Магистром сборища сомнительных типчиков. И даже про пятьдесят тысяч рублей собиралась забыть. Но когда в вещах пропавшего Ромки среди другого барахла я обнаружила фотографии Антона Смирнова в полной боевой выкладке Магистра «Аскольдовой могилы», отмахнуться от этого кошмара я уже не имела права.
Надо ли говорить, что на следующий день после эпохального похода в торговый центр и знакомства с Сероглазым королем я заглянула в бутик итальянской одежды якобы для того, чтобы узнать насчет платья для Лизки. По дороге я уговаривала себя, что до Ивана мне нет никакого дела и что в павильон видеопродукции я даже заходить не стану — только спрошу у продавцов «Моды Италии» про платье, и все. Я так и сделала, честное слово. Заглянула в бутик и первым делом увидела заплаканное лицо давешней кассирши.
— Добрый день, пробегала мимо, решила узнать насчет платья, которое мы вчера мерили, — выпалила я. — У вас вроде бы новая партия товара пришла? Вы не посмотрите на складе, может, там есть другое такое же?
— Не посмотрю, — всхлипнула кассирша. — Я одна сегодня работаю, отлучаться из магазина не имею права.
— А что с вашей напарницей? Заболела? — сочувственно осведомилась я, припомнив жизнерадостное лицо румяной толстушки, которая еще вчера казалась абсолютно здоровой.
— Да нет, Любка здорова, как бык, что ей сделается? Поехала в больницу к Лидии Петровне. Нашу хозяйку машина сбила, — сморкаясь в клетчатый платок, пояснила женщина.
— Да вы что? — оторопела я. — Как же так? Я же только вчера ее видела вот в этом самом магазине…
— Вот так вот, девушка! Жизнь — такая штука. Сегодня ты жив, а завтра вжик, машина проехала — и нет тебя! Ну, или почти нет, вон, как с Лидией Петровной получилось. Вышли мы с ней покурить, Лидь Петровна побежала через дорогу за сигаретами — свои у нее закончились, а наши она не курит. И вот, пожалуйста — прямо у нас на глазах! Легковушка на бешеной скорости прямо на нее! Визг тормозов! Рааз — и готово. Сотрясение мозга, перелом основания черепа, ногу в трех местах переехало, и теперь хозяйка в реанимации лежит. Врачи говорят — не выживет. Всю ночь ее сын в палате дежурил, а утром его Любка сменила. Подхалимка несчастная.
— Почему подхалимка? — переспросила я, думая, что, должно быть, ослышалась.
Уж очень не вязалось искреннее сожаление работницы магазина по поводу несчастного случая с хозяйкой с неприязненным отношением к своей коллеге.
— Подхалимка и есть, — проворчала женщина. — Все к Лидии Петровне в невестки набивается, вот и выказывает повышенное рвение. Пока Любка выслуживается, я одна на весь магазин осталась, и на кассе, и на товаре, разрываюсь тут. Так что и не просите даже, на склад не пойду. Да и ключ от склада Любашка с собой унесла. Выбирайте из того, что есть в торговом зале.
Я поблагодарила продавщицу за подробные разъяснения и, покидая осиротевший бутик, погрузилась в размышления о переменчивости фортуны. Вот ведь как в жизни бывает! Только вчера энергичная Лидия Петровна заправляла бизнесом, вертела персоналом, а сегодня лежит в реанимации, не зная, настанет ли для нее завтрашний день. В полной прострации я забрела в магазин видеопродукции и сразу же наткнулась на Ивана. Мой герой стоял за прилавком и читал книгу. Я с удовольствием отметила, что он держит в руках Паоло Коэльо — под настроение и я, бывает, почитываю этого португальского философа. |