— Мы можем отказаться? — вдруг вклинился в разговор Иван.

— Можете, и я, как офицер пограничной службы телепорта, должен буду предоставить бойца, который проведёт вас по безопасной дороге до Чусового, максимально избегая каких-либо конфликтов.

— Спасибо, капитан Гаврилов, очень благородно с вашей стороны даже в момент нехватки людей выделить нам человека для сопровождения, но я, — я посмотрел на Ивана и Семёна, увидел на их лицах боевой настрой и продолжил, — и мои товарищи с большой радостью окажем всю возможную помощь в операции.

Капитан улыбнулся.

— Тогда, если позволите, я вас направлю в усиление группы штабс-капитана Даниила Иванова, — он повернулся левее, указывая подбородком на пограничника, пленившего меня накануне.

— К его группе я также прикрепил часть офицеров из Пермского гарнизона: подпоручика Борзых, — капитан улыбнулся и посмотрел на своего младшего брата, — и подпоручика Гаврилова. С ними, насколько я понял, вы уже хорошо знакомы.

— Через сколько выдвигаемся? — поинтересовался я.

— Минут через пять, — сказал капитан и удалился, подбадривая бойцов перед предстоящей операцией.

— Семён, — обратился я к нашему дровосеку, — как там у тебя с рукоятью?

— Успею, ваше благородие, — ответил он мне, продолжая корпеть над держаком для топора.

— А всё же, Семён, в тебе есть какая-то южная кровь, судя по носу и глазам. Ты случаем не сакравор?

Глава 2

Девять утра. В сорока восьми километрах от города Чусового.

Семён посмотрел на меня с непониманием.

— Ваше благородие, вы о чём?

Я посмотрел на нашего дровосека. Открыв рюкзак, начал в нём шарить правой рукой.

— Лови! — я без предупреждения бросил в его сторону нож, который быстро вытащил из вещей.

Нож был им схвачен прямо в полёте за ручку. Однако уже через мгновение Семён выронил оружие и потом неловко поднял его с земли.

— Сакраворы — это воины, мастерски владеющие топором и ножами, я смотрю, у тебя эти два умения на высоте, — я улыбнулся Семёну. — Кто тебя обучил?

«Егор, ты что, вправду в этот бред поверил? Он же крестьянин из Новгородской губернии, какой из него сакравор? Притом они все как на подбор, под два метра и шириной с платяной шкаф, а этот не больше ста семидесяти и худой как глист, сам же говорил», — прозвучал в голове голос Антона.

«Нет, не поверил, но Семён нам явно чего-то не договаривает».

«Так развяжи ему язык, чего ты ждёшь? Возьми за шкирку и тряхани хорошенько, вот из него ответы и посыпятся, как из рога изобилия».

«Здесь надо поделикатнее. У меня на этого дровосека далеко идущие планы».

«Какие?»

«Думаю, он пригодится в предприятии по возвращению нам магии. Да и тебе в будущем такой человек будет полезен. А то, что он боец, я уверен».

«Мне?»

«Ты же вроде говорил, что собираешься свой род основать. Или уже передумал?»

«Но для чего мне Семён?» — недоумённо спросил Антон.

«Род начинается с преданных тебе людей. Я думаю, наш дровосек как раз и будет одним из таких».

«Как и Иван?»

«Думаю, да».

— Так кузнец из деревни, — Семён протянул мне нож рукояткой вперёд, — я у него подмастерьем с девяти лет был. Он меня в ножах и поднатаскал.

— Конкретнее давай, я должен знать, на что ты способен.

— Кузнец обучил меня бою на ножах, да метанию. Он до ранения военным был.

Я огляделся: в семи метрах от нас стояла лиственница, наверное, сантиметров пятнадцать в диаметре ствола.