— Не узнали меня? — скептически спросил Ферек.

Хотя он жил в Англии уже несколько месяцев, на него все еще таращились на улицах.

— Да.

И Эмма принялась объяснять ему план, который вчера пришел ей в голову.

Когда она закончила, Ферек кивнул головой:

— Очень хороший план, госпожа. Все должно получиться.

— Ты не видишь никаких… затруднений? Ферек медленно покачал головой.

— А после? Что ты…

Ферек махнул рукой:

— Не беспокойтесь, госпожа. Я обо всем позабочусь.

— Да, но…

— Я все устрою, — заверил ее Ферек. — Тут нет ничего трудного.

— Хорошо, — прошептала Эмма, чувствуя холод во всем теле. — Спасибо, Ферек.

— Не надо меня благодарить, госпожа, — сказал турок. — Моя жизнь принадлежит вам.

Он приложил руку к груди и низко поклонился. «Ну вот, назад пути нет», — подумала Эмма.

— Не возражаешь, если я немного пройдусь с тобой? — спросил его Колин.

Робин согласился, хотя без особого восторга. Он побаивался своего зятя, особенно после недавнего инцидента у него в гостиной. Уэрхем был именно такой человек, каким хотел бы быть Робин, но, находясь в его обществе, Робин особенно остро ощущал, как ему до него далеко.

— Я хотел пройтись по главной аллее, — с напускной небрежностью сказал Робин.

Колин в ответ только кивнул и пошел рядом с ним.

— Ты мне сказал, что больше не будешь играть, — после паузы сказал Колин, искоса поглядывая на Робина. — Я думал, что ты человек слова.

— Это так и есть, — сказал Робин. — Вы просто не понимаете.

— Тогда объясни.

Робин почувствовал, что попал в западню. Если он все объяснит Колину, он, возможно, выдаст Эмму. С другой стороны, он не может позволить, чтобы Сент-Моур считал его человеком без чести.

— Мне надо было помочь Эмме, — наконец сказал он.

— Эмме? — переспросил Колин тихим, но грозным голосом.

— Мне надо было как-то занять этого Орсино. Он преследует леди Мэри. А она никак не может понять, что с таким человеком ей и разговаривать-то не положено, не то что ходить на прогулки.

— И что еще? — тем же тоном спросил Колин.

— Что еще? — удивленно повторил Робин.

— Что еще вытворял этот Орсино?

Юноша удивленно смотрел на Колина, обеспокоенный его суровым тоном.

— Он играл со мной в карты, — признался он, но тут же добавил: — Но я согласился с ним играть только для того, чтобы он отстал от леди Мэри. Как только мы от него отвяжемся, я совсем брошу играть.

Колин молчал, и Робин добавил:

— Эмма говорит, что он шулер. Поэтому я ему так много проиграл.

— Какое он имеет отношение к Эмме? — спросил Колин, испытующе глядя на Робина.

— К Эмме? — Робин не знал, что сказать. — Он был другом ее… Эдварда Тарранта. Так она познакомилась с этим прохвостом. И мне совсем не нравится, что она с ним знакома.

— Мне тоже, — тихо согласился Колин.

Он еще несколько секунд смотрел Робину в лицо и убедился, что больше молодой человек о графе ничего не знает. А сам он не сомневался, что Эмма как-то связана с Орсино. Испытывая одновременно облегчение и раздражение от того, что он так ничего и не узнал, Колин молча шел рядом с Робином, заложив руки за спину.

— Этот Таррант, видно, был порядочной скотиной, — сказал Робин, который почувствовал себя гораздо лучше, как только Колин перестал испытующе смотреть на него.