Эмма убрала деньги в ридикюль и спрятала драгоценности. Не густо, прямо скажем, для того, чтобы выглядеть достойно титула баронессы, но она верила в свою способность добиваться хорошего эффекта при малых затратах. Направившись к двери, она мельком увидела свое отражение в зеркале и усмехнулась. За истекшие годы Эмма научилась двум полезным вещам — играть в карты и изящно одеваться при почти полном отсутствии денег.

— Какие магазины мне лучше посетить? — спросила она у тетушки, которую нашла в гостиной.

Леди Арабелла с энтузиазмом принялась перечислять самые модные и дорогие магазины на Бонд-стрит. Эмма покачала головой:

— Нет, туда, где одеваются светские дамы, я не поеду. Мне не по средствам переплачивать огромные деньги всего лишь за адрес магазина. Разве нет других?

— Говорят, в Пантеоне все очень дешево, — с сомнением в голосе ответила леди Арабелла. — Но я там никогда не была.

— Ну, так давайте съездим туда, — весело предложила Эмма. — Если вы, конечно, согласны со мной поехать.

— А нас там не ограбят?

— Мы возьмем с собой Ферека. Когда он рядом, никто ко мне и приблизиться не смеет.

— Ну ладно, — все с тем же сомнением согласилась пожилая дама. Ей не очень-то нравился Ферек. — Но неужели ты надеешься найти что-то приличное в подобном месте?

Эмма улыбнулась:

— Хотите узнать секрет, тетя? В городах полно интересных магазинов, куда никогда не заглядывают люди высшего света. Тысячи вполне респектабельных женщин — например, жены адвокатов, лавочников — не могут себе позволить одеваться на Бонд-стрит. И они гораздо дешевле покупают тонкий муслин и отделку для платьев в других местах.

Леди Арабелла посмотрела на нее с ужасом:

— Неужели ты собираешься одеваться как жена лавочника?

— Нет, не собираюсь. Но ничто не мешает мне использовать ту же материю. Поехали и убедитесь в этом сами.

Тетушка с обреченным видом пошла одеваться, и, зная, что эта процедура займет у нее немало времени, Эмма велела горничной позвать в гостиную Ферека.

— Слушаю, госпожа, — раздался через несколько минут его бас.

Он вошел в комнату, отчего та сразу словно уменьшилась в размерах, и встал около открытой двери как огромная бронзовая статуя.

— Ферек, я выхожу замуж, — сказала Эмма.

Тот и глазом не моргнул.

— За того джентльмена, что был здесь сегодня утром, — добавила Эмма.

— За английского милорда с необыкновенными глазами? — спросил Ферек.

— Э-э-э… да. — Эмма посмотрела на Ферека с удивлением. — Что ты понимаешь в глазах, Ферек?

— Так Эллен говорит.

— А…

Эллен — так звали горничную.

— Он богат? — спросил темнокожий гигант.

— Да.

— Он важный бей?

— Во всяком случае, он аристократ, — сказала Эмма, не уверенная, совпадают ли европейские и турецкие понятия.

Ферек удовлетворенно кивнул:

— Это хорошо. Вам надо выйти замуж за богатого человека, который подарит вам много драгоценностей и поселит вас в красивом доме. У него нет других жен?

— Других?.. — Тут Эмма вспомнила, что на родине Ферека мужчинам разрешается иметь несколько жен. — Нет, — твердо сказала она. — Других жен у него нет.

— Тогда вы будете главной женой, — удовлетворенно сказал Ферек.