Колян моментально заработал рукояткой, опуская окно, и как только щель оказалась достаточной, чтобы прошла голова, он высунулся наружу и вывернул желудок.

— Твою мать. — Он вернулся в салон, вытирая рот рукавом. — Это же полный абзац.

— Всё ещё хочешь в область? — с ухмылкой спросил я.

— Чё ты доколебался? — огрызнулся брат. — Я же тебе не предлагаю в город лезть! Доберёмся до военных, а там видно будет.

— Ничего мы там не увидим, — вздохнул я и добавил: — Кроме смерти.

— Да с чего ты это взял?

— С того, — кивнул назад я. — Они сейчас всех подряд вооружить готовы, лишь бы эту заразу побороть. Ракетами здесь воевать не получится. Это не зомби, которые толпятся на улицах. Наш враг умеет прятаться, а ночью его не победить. Ты сам говорил, что их обычные пули не берут.

— Думаешь, военные ещё не догадались, что выродки серебра боятся?

— Может, и догадались, но где ты сразу столько патронов возьмёшь, чтобы весь фронт перевооружить? А если это дерьмо по всей стране, или того хуже — во всём мире⁈ Вот ты вроде где-то умный, а сейчас полнейшую чушь несёшь.

— Это называется: «надежда».

— Говно это всё, — отмахнулся я. — Мы теперь сами по себе, понял? Остались только ты и я, больше никому нельзя верить.

— Э-э-э! — Размахивая руками, на дорогу выбежал человек и натурально бросился под колёса.

Я едва успел ударить по тормозам, но полностью остановиться не успел и толкнул его капотом. Мужик отлетел на пару метров и растянулся на асфальте, но остался жив. Я так и сидел, вцепившись в руль и глядя на то, как он пытается подняться.

— Ты чё делаешь, придурок⁈ — отойдя от первичного шока, заорал я. — Совсем, что ли, без головы⁈

— Генка, ты что ли⁈ — ошалело уставился на меня он.

Я как-то сразу немного успокоился и попытался понять, кто передо мной. Его лицо было настолько грязным, что нашего участкового я узнал с огромным трудом.

— Олег? — неуверенно спросил я.

— Ага, — тупо кивнул он.

— Ты как… В смысле… Тьфу, — сплюнул я. — Залезай давай, чего разлёгся⁈

— Ага, — снова тупой кивок.

Хромая на правую ногу он доковылял до машины и плюхнулся на заднее сиденье. А следующий вопрос заставил меня засомневаться в его здравомыслии.

— Ты почему на допрос не пришёл? — выдал он, и я даже к нему обернулся.

— Заварзин, ты вообще как, с головой не посрался? — спросил я.

— Да лан, шучу я, — ухмыльнулся он. — Есть что пожрать?

— Там в па… — начал было Колян, но участковый уже вовсю шарился по нашим вещам. — Ай, ладно, сам разберёшься.

Оказывается, мы с Коляном были сытыми, потому как Заварзин выудил из пакета сырую картофелину, потёр её о грязную рубаху и тут же вгрызся в нее. Картошка исчезла в его утробе меньше чем за минуту, а следом пошла немытая морковь.

— У тебя днище не выбьет?

— Да пофигу, — отмахнулся он. — Я чуть не сдох вообще. К магазину сунулся — думал, там убьют на хрен. Таких люлей мне ввалили… Хорошо, табельный при себе был. Люди вообще озверели, никаких авторитетов не признают.

— Так это ты их?

— Чего? — не понял Олег.

— Ну там, возле центрального трупы лежат…

— А, не-е-е, — помотал головой он. — Этих не я, там кто-то другой был. Наверное, Леший из инкассаторов.