– Юлиан! Но как это возможно, чтобы ты впутался в такую историю? – Мужчина пристыженно посмотрел на Лючию и повесил голову. – Это один из наших документалистов. Боже мой, я с ума сойду! – Она схватилась за голову, изумленная тем, что среди преступников оказался один из ее сотрудников.

– Его имя Юлиан Гарсия Бенито, – продолжал читать полицейский, у которого в руках были документы задержанных. – Четвертого задержанного зовут Пабло Ронда. Господин Ронда сказал нам, что он из Сеговии и у него свой писчебумажный магазин. Еще двое – французы, они отказались назвать свои имена. Мы не обнаружили у них ни паспортов, ни других документов.

Инспектор Фрага смотрел на задержанных с удивлением. Все это еще раз подтверждало, что они имеют дело с необычными преступниками. У этих людей было стабильное положение в обществе, это были достаточно образованные люди с высоким культурным уровнем. Он посмотрел на предметы, лежавшие на столе, и взял из их кучи маленький папирус коричневого цвета, очень древний на вид, сильно потертый, и развернул его. Не зная, на каком языке он написан, инспектор передал его Лючии, рассчитывая на ее помощь.

– Это иврит, инспектор. Я им не владею, но, если вы дадите мне немного времени, я смогу перевести, что здесь написано.

– Достаточно было бы, чтобы кто-то хотя бы взглянул на него и сказал, о чем идет речь.

Фрага стал изучать содержимое папки, в которой оказалось много фотографий Фернандо и Моники или одной Моники. Здесь же были данные о времени их ухода из дому, прихода домой, время пребывания в магазине, все их передвижения и много записей их телефонных разговоров с Паулой. Главный инспектор закрыл папку и посмотрел на шестерых задержанных.

– Достанется вам всем. Здесь достаточно доказательств, чтобы отправить вас в тюрьму на ближайшие двадцать лет. Вам придется объяснять все это в суде, и, если у вас нет железных алиби, я вам обещаю, что вам будет очень сложно выпутаться. – Никто из них не открыл рта. – К сожалению, вас уже не сможет опознать тот бедный юноша, которого вы жестоко искалечили, – он находится в коме. Я надеюсь, что смогу доказать вашу причастность и к этому преступлению, чтобы вы ответили перед правосудием за варварство, как того заслуживаете.

Он продолжал рассматривать предметы на столе. Его внимание привлек маленький деревянный сундучок, тоже очень старинный. Он открыл его и увидел, что в нем находится золотой медальон, очень древний на вид, и очень поврежденная серьга. Серьга, собственно, представляла собой два камня: голубой, более длинный, и белый. Они были соединены между собой золотой цепочкой.

– Лючия, не хотите ли посмотреть на эти предметы, прежде чем мы отправим их на экспертизу в Археологический музей, чтобы их там досконально изучили? Если вы напишете мне расписку в получении, этого будет достаточно.

Лючия взяла сундучок с двумя драгоценностями и положила их в целлофановый пакет, который подал ей один из полицейских, чтобы они не повредились в сумке.

Инспектор распорядился сделать фотографии задержанных, чтобы немедленно отправить их в Мадрид и показать для опознания Монике. Если она опознает их, дело будет практически закрыто.

Убедившись, что задержанные не собираются ничего говорить до тех пор, пока не появятся их адвокаты, Фрага решил, что больше здесь не нужен. Он приказал отвезти задержанных в комиссариат и поместить их там в камеры.

Последней из квартиры вышла Лючия, но перед этим израильтянка пристально посмотрела на нее и обратилась к ней на чистейшем испанском языке:

– Сеньора, мы коллеги, и в связи с этим я вас умоляю, после того как вы прочтете этот папирус, придите поговорить со мной.

Лючия, не задумываясь, пообещала выполнить ее просьбу.