Но сперва ему нужно было остановить Чезаре прежде, чем тот доберется до Яблока и сумеет воспользоваться его силой и, Эцио смутно понимал желание противника, вернуть те земли, что потерял.

Пришло время нанести врагу решающий удар. Сейчас или никогда.

Эцио ворвался во двор и обнаружил, что тот пуст. В центре двора не было обычного фонтана. Вместо него стояла большая скульптура из песчаника, изображавшая сосновую шишку, стоявшую на постаменте в каменной чаше. Она была около десяти футов в высоту. Эцио осмотрел залитый солнцем двор. Свет, отражавшийся от голого белого пола, слепил глаза. Во дворе не было колоннады, а стены окружающих двор зданий были некрашены. Лишь высоко, почти под крышей, были видны ряды узких окон, и на каждой стороне двора на уровне земли была дверь. Все три были заперты. Место выглядело запустевшим.

Эцио повернулся к сосновой шишке и подошел ближе. Внимательно приглядевшись, он увидел узкую щель между верхушкой шишки и основной её частью. Щель эта бежала по окружности. Взобравшись на постамент, Эцио, придерживаясь одной рукой за шишку, осторожно обошел вокруг, стараясь нащупать скрытую кнопку, которая открыла бы тайник.

Есть! Нашел. Эцио нажал на неё, верхняя часть шишки откинулась на бронзовых петлях, которые не были заметны снаружи. В центре шишки была полость, и Эцио увидел лежавший там мешочек из темно-зеленой кожи. Он развязал шнурок. Слабое свечение, льющееся изнутри, подтвердило его надежды – он нашел Яблоко!

Сердце его тревожно билось, когда он вытаскивал мешочек – он знал Борджиа, и гарантий, что внутри не окажется мины-ловушки, не было. Но он решил рискнуть.

Но где же Чезаре? Он, без сомнения, выехал сюда на лошади и опережал Эцио на несколько минут.

– Я заберу его, – сообщил холодный жестокий голос из-за спины ассасина. Не выпуская мешочек из рук, Эцио спрыгнул вниз и повернулся лицом к Чезаре, который вошел через дверь в южной стене вместе с отрядом гвардейцев. Солдаты развернулись веером по двору, окружая Эцио.

Эцио подумал, что Чезаре рассчитывал встретить здесь конкурента. Поэтому и решил сперва организовать прикрытие.

– Попробуй забрать, – усмехнулся ассасин.

– Зачем эти игры, Эцио Аудиторе? Ты слишком долго безнаказанно пытался мне мешать. Но теперь всё закончится. Я убью тебя своими руками.

Он обнажил современную чиавону с плетеной рукоятью и шагнул к Эцио. Но внезапно лицо его посерело, он схватился за живот, едва не выронив меч, ноги у него подкосились. Слабое противоядие, с облегчением подумал Эцио.

– Стража! – Прохрипел Чезаре, пытаясь устоять на ногах.

Гвардейцев было десять, пятеро – с мушкетами. Эцио увернулся от выстрелов, пули чиркнули по полу и стенам. Ассасин укрылся за постаментом. Вытащив один за другим отравленные дротики, Эцио выскочил из укрытия, бросая в противников отравленное оружие. Люди Чезаре не ожидали сопротивления и в недоумении смотрели, как Эцио кидает дротики. Первые трое умерли через три секунды, едва яд попал в кровь. Один из мушкетеров швырнул свое оружие в Эцио, но тот увернулся, и мушкет, вращаясь, пролетел у него над головой. Ассасин кинул еще два дротика, и мушкетеры рухнули на землю. Времени на то, чтобы, как и советовал Леонардо, забрать дротики, не было. Пятеро мечников (полагавших, что их товарищи справятся с ассасином), оправились от шока, окружили противника и обнажили тяжелые фальчионы. Но мечи были слишком тяжелы для фехтования, поэтому Эцио легко, словно танцуя, уходил от неуклюжих ударов и бил стражников в ответ отравленным клинком и собственным мечом. У него не было времени долго и красиво сражаться, поэтому техника боя Эцио была простой и эффективной. Он отбивал удар своим мечом, а потом наносил удар отравленным клинком. Первые двое безмолвно упали на пол, и остальные решили атаковать одновременно. Эцио сделал пять шагов, отступая, и сделав широкий замах, кинулся на ближайшего противника.