Тупо пялиться в телевизор, как простой, затюканный жизнью обыватель, я не обожаю. Поэтому, щедро наплескав в высокий стакан ароматной золотистой жидкости из черной бутылки, пристроился на широком подоконнике полюбоваться из окна близлежащими окрестностями.

Больничный комплекс не имел забора даже декоративного. Его роль выполняли банальные кусты аккуратно подстриженной акации. Привычно надоевший городской антураж. Ни ума, ни фантазии у администрации лечебного учреждения. Я бы, например, посадил под больничными окнами сирень или даже плодовые деревья. Для разнообразия и улучшения пейзажа. Выглядело бы значительно оптимистичнее. А хорошее настроение для болящих — наипервейшее и чудодейственное лекарство, как выяснили современные ученые. Сам лично читал об этом в одной популярно-медицинской брошюрке.

Цыпа был прав: хоть и второй этаж, а совсем невысоко над землей, да и водосточная труба рядом с моими окнами проходит. Не нужно иметь разряд по альпинизму, чтоб сюда в два счета забраться. Впрочем, особо беспокоиться причин нет. Вон на обочине дороги всего в дюжине шагов от здания больницы притулилась к кустам бежевая "девятка" с выключенным мотором. Это, безусловно, ребятки из "Кондора" за моими окнами старательно-бдительно пасут, отрабатывая свой хлеб со сливочным маслом и паюсной икрой.

Правда, для объективности надо отметить, в работе охранников я выявил существенные огрехи, непростительные профессионалам, коими они себя считают. В девять вечера их "жигуль" покинул место своей стоянки и отчалил в неизвестном направлении. Появился вновь лишь в одиннадцать часов. Наверно, в это время у охранников происходит пересменка. Как бы там ни было, но целых два часа из-за их беспечной халатности я оставался без страховки со стороны улицы. Надо не забыть при случае попенять Цыпленку за такую вопиюще неграмотную организацию моей безопасности.

Телеящик успел надоесть мне еще вчера, поэтому включать его я не стал. Да и что там глядеть, в натуре? Хочешь посмотреть про жизнь коллег и вечно нарываешься на какую-то халтурную лажу, откровенную глупость. Вот, к примеру, фильм «По прозвищу "Зверь"». Я сюжет даже воспринимать всерьез не смог из-за одного персонажа — вора в законе по кличке Король. Джигарханян сыграл роль неплохо, но мне не давала покоя мысль, что меня нагло надувают, гонят чистейшую туфту. Ни один авторитет, и тем более вор в законе, с такой кликухой просто в природе существовать не может! На блатном языке Король означает активно-пассивный гомик. Худшего оскорбления для вора и придумать нельзя. За подобное унизительное прозвище "черная масть" не только пасть порвет, но и на куски порежет за две секунды. Автор кинофильма, как я знал, отсидел в восьмидесятых несколько лет в колонии за изнасилование. Но, видать, весь срок гасился от братвы где-то у параши, раз даже воровской жаргон не сумел ладом усвоить.

Заняться было совершенно нечем, и я начал подумывать о том, чтоб взять да и нарушить свои устоявшиеся привычки и традиции, завалившись в такую рань спать. Оригинальная идея. Ведь истинно свободный инвалид не должен признавать оков даже собственных привычек. Да, пожалуй, отправлюсь-ка я в гости к дружищу Морфею. Вот-то он удивится такому незапланированно раннему моему визиту! Самые интересные красочные сны у него, наверняка, еще в наличии — не мог же он успеть до полуночи все свои "бестселлеры" людишкам раздать.

Приоткрылась дверь, впуская в палату медсестренку Свету, вооруженную маленьким пластмассовым подносом, на котором одиноко стоял полстаграммовый стаканчик с каким-то желтоватым пойлом.

— Евгений Михайлович, вам надо лекарство принять.

— Что это? — взяв стаканчик, подозрительно принюхался я.

— Обычное успокоительное. Микстура Павлова с небольшой добавкой транквилизатора, — пояснила Светлана, — лечащий врач прописал.