— Что?

— Не обращай внимания, — капитан вытащил из сумки какой-то флакон и направился к двери. — Рег, ляг на землю, закрой уши руками и приоткрой рот.

— А…

Регулус не успел договорить, потому что Алекс, приблизившись к хижине на расстояние приблизительно пяти метров, бросил с хорошим замахом флакон прямо в змею и сразу же выкрикнул какое-то заклятье, делая весьма неприличный жест палочкой. Тех трех секунд, во время которых ничего не происходило, Алексу хватило на то, чтобы отпрыгнуть к сидящему на земле Регулусу и повалить его на землю. Раздавшийся взрыв был не так чтобы сильный, скорее слабенький был взрыв, но этого хватило, чтобы слегка контузить Рега, который, естественно, и не подумал прислушаться к мудрому совету опытного капитана.

В ушах звенело, из прокушенной губы на мантию капала кровь, Рег с трудом сел и мотал головой, чтобы избавится от этого навязчивого звона. Алекс что-то ему говорил, но Рег не слышал. Прикоснувшись пальцами к ушам, он жалобно посмотрел на капитана и покачал головой.

Алекс сплюнул. Он все больше убеждался, что этот юный Пожиратель просто позорит своего Лорда. Прошипев сквозь зубы заживляющие заклятья, в которых он, похоже, скоро будет большим мастером, капитан подождал, когда слух вернется к Регулусу, чтобы тот смог ощутить на себе всю прелесть армейского мата.

Звуки ворвались в голову неожиданно. Регулус даже застонал и, откинувшись, лег на землю, чтобы терпеливо выслушивать в течение пяти минут витиеватую ругань.

— Хоть удачно? — удалось ему ввернуть свой вопрос, когда Алекс замолчал, чтобы перевести дух.

— Скорее да, чем нет, — Рег своим вопросом сбил настрой, и ругаться Алексу расхотелось. — Внешний контур снят, дверь тоже безопасна, но пройти можно, только повернув эту мерлинову ручку.

— Я знаю это заклятье, у Блеков есть что-то подобное. Сейчас я приду в себя, и пойдем поближе посмотрим, — Алекс промолчал и опустился на землю рядом с Блеком. — Я все думаю про орденцев. Они герои, да?

— Да, какие они, нахрен, герои? — Алекс зло сплюнул травинку, которую начал задумчиво жевать. — Для меня героем знаешь, кто является? — Регулус покачал головой. — Тот маггл-сторож. Герой — это не тот, кто, метнув оглушающее, стремится убраться подальше, а тот, кто совершенно не думает о героизме, тот, кто пытается до последнего вцепиться в глотку врага, но не ради смерти, а ради того, чтобы жить. И, ради жизни, он готов на все — даже на смерть, о которой он в тот момент тоже не думает. И если удается выжить, то настоящий герой просто возвращается домой, и начинает заниматься любимым делом, и вспоминает свой героизм только во сне, воспринимая его как кошмар.

— Любимым делом? Это каким, например? Чужой дом сторожить?

— А чем это занятие хуже всех остальных? — Алекс выбросил травинку и поднялся с земли, отряхивая одежду.

— А ты сам относишь себя к героическим личностям?

— Нет, — голос капитана был на редкость спокоен. — Я слишком не хочу умирать, чтобы по-настоящему думать о жизни. Ты очухался? Пойдем с дверью до конца разбираться.

Регулус с трудом поднялся. Он не понимал, почему он задает все эти вопросы Алексу. Но его ответы так часто ставили Рега в тупик, что он уже иногда был не рад, что связался с этим Снейпом, который раз за разом вносил сумятицу в его привычный жизненный расклад.

Когда они подошли к двери, Блек решился задать еще один вопрос.

— Алекс, а война… Как это?

— Это страшно.

Поняв, что ничего больше от Алекса он не добьется, Регулус начал внимательно осматривать дверную ручку, накладывая новые и новые чары обнаружения, чтобы выявить все подводные камни.