|
Григорий меж тем поднялся с полу, но был еще как бы вне себя. Иван Федорович и Алеша побежали вдогонку за отцом. В третьей комнате послышалось, как вдруг что-то упало об пол, разбилось и зазвенело: это была большая стеклянная ваза (не из дорогих) на мраморном пьедестале, которую, пробегая мимо, задел Дмитрий Федорович. - Ату его! - завопил старик. - Караул!.. Иван Федорович и Алеша догнали-таки старика и силою воротили в залу. - Чего гонитесь за ним! Он вас и впрямь там убьет! - гневно крикнул на отца Иван Федорович. - Ваничка, Лешечка, она стало быть здесь, Грушенька здесь, сам, говорит, видел, что пробежала... Он захлебывался. Он не ждал в этот раз Грушеньки, и вдруг известие, что она здесь, разом вывело его из ума. Он весь дрожал, он как бы обезумел. - Да ведь вы видели сами, что она не приходила! - кричал Иван. - А может через тот вход? - Да ведь он заперт, тот вход, а ключ у вас... Дмитрий вдруг появился опять в зале. Он конечно нашел тот вход запертым, да и действительно ключ от запертого входа был в кармане у Федора Павловича. Все окна во всех комнатах были тоже заперты; ни откуда стало быть не могла пройти Грушенька и ни откуда не могла выскочить. - Держи его! - завизжал Федор Павлович, только что завидел опять Дмитрия, - он там в спальне у меня деньги украл! - И вырвавшись от Ивана он опять бросился на Дмитрия. Но тот поднял обе руки и вдруг схватил старика за обе последние космы волос его, уцелевшие на висках, дернул его и с грохотом ударил об пол. Он успел еще два или три раза ударить лежачего каблуком по лицу. Старик пронзительно застонал. Иван Федорович, хоть и не столь сильный, как брат Дмитрий, обхватил того руками и изо всей силы оторвал от старика. Алеша всею своею силенкой тоже помог ему, обхватив брата спереди. - Сумасшедший, ведь ты убил его! - крикнул Иван. - Так ему и надо! - задыхаясь воскликнул Дмитрий. - А не убил, так еще приду убить. Не устережете! - Дмитрий! Иди отсюда вон сейчас! - властно вскрикнул Алеша. - Алексей! Скажи ты мне один, тебе одному поверю: была здесь сейчас она или не была? Я ее сам видел, как она сейчас мимо плетня из переулка в эту сторону проскользнула. Я крикнул, она убежала... - Клянусь тебе, она здесь не была, и никто здесь не ждал ее вовсе! - Но я ее видел... Стало быть она... Я узнаю сейчас, где она... Прощай, Алексей! Езопу теперь о деньгах ни слова, а к Катерине Ивановне сейчас же и непременно: "кланяться велел, кланяться велел, кланяться! Именно кланяться и раскланяться!" Опиши ей сцену. Тем временем Иван и Григорий подняли старика и усадили в кресла. Лицо его было окровавлено, но сам он был в памяти и с жадностью прислушивался к крикам Дмитрия. Ему всё еще казалось, что Грушенька вправду где-нибудь в доме. Дмитрий Федорович ненавистно взглянул на него уходя. - Не раскаиваюсь за твою кровь! - воскликнул он, - берегись, старик, береги мечту, потому что и у меня мечта! Проклинаю тебя сам и отрекаюсь от тебя совсем... Он выбежал из комнаты. - Она здесь, она верно здесь! Смердяков, Смердяков, - чуть слышно хрипел старик, пальчиком маня Смердякова. - Нет ее здесь, нет, безумный вы старик, - злобно закричал на него Иван. - Ну, с ним обморок! Воды, полотенце! Поворачивайся, Смердяков! Смердяков бросился за водой. Старика наконец раздели, снесли в спальню и уложили в постель. Голову обвязали ему мокрым полотенцем. |
