Разочарованно покачав головой, Иоанн промолчал, но его мысли озвучил Прокопий.

— Победа вскружила вам голову, Наврус. Опомнитесь, у вас за спиной враг занял целую провинцию, а вы собрались увести армию на восток. Вы что хотите отдать султану столицу?

Наврус уже и сам понял, что перегнул и слишком сильно оторвался от реальности. Сделав вид, что обдумывает слова патрикия, он лихорадочно искал возможность отказаться от своих слов с минимальными потерями для репутации. Лучшее, что пришло на ум — напустить воды.

— Любая военная компания — это риск, и от этого некуда не денешься. Сардия даст нам продовольствие и полный разгром одного из врагов, но согласен, нельзя позволять иберам безответно грабить наши провинции и осаждать Царский город.

— Тогда, что же ты предлагаешь? — Иоанну надоели пустые разглагольствования. — Нужны конкретные решения и прямо сейчас.

Почувствовав себя загнанным в угол зверем, Фесалиец выдал последнее и самое реальное из того, что еще вертелось у него в голове.

— Судя по скорости передвижения, там не может быть всей армии султана. На такой бросок способна лишь его конная гвардия, а это не более десяти тысяч. Поэтому предлагаю не дожидаться подхода всего иберийского войска, а немедленно развернуть легионы и выбить мерзавцев с перевала.

Выслушав, Иоанн перевел вопросительный взгляд на Велия.

— Что скажешь?

Лука ответил не сразу. Он еще не привык к своему стремительному взлету и к тому грузу ответственности, что теперь лежал на его плечах.

— Думаю, господин стратилат прав, но у предложенного плана есть два недостатка. Узость подхода к перевалу не позволит нам использовать численное преимущество, а уязвимость наших тылов потребует оставить большое количество войск здесь для блокады цитадели и отражения возможного нападения Хозроя. Вдруг он решит воспользоваться изменившейся ситуацией.

— Значит, — Иоанн в задумчивости произнес свои мысли вслух, — самая большая опасность для нас заключается в войне на два фронта.

Все промолчали, подтверждать очевидное никому не хотелось, а Иоанн, подойдя к окну, молча уставился на мощные стены цитадели. В его голове все устойчивее крепла мысль, что войну надо прекращать.

«Завтра армия присягнет мне на верность. — Аналитический склад ума Иоанна изо всех сил пытался расставить все на свои места. — Я добился чего хотел, и война мне больше не нужна. Более того война для меня опасна, поскольку отвлекает от внутренних проблем, которые надо решать. Зоя, Василий, Феодора, они не будут сидеть сложа руки пока я вместе с армией буду вязнуть в бесконечной войне. Мне, как и империи, нужен мир, но не любой ценой. Поражение губительно, я обязательно должен вернуться в Царский город победителем! Как это сделать?»

Его взгляд вновь уперся в неприступные башни, а затем, скользнув по голубизне неба, остановился на черных столбах дыма. Внезапно осенившая Иоанна идея развернула его навстречу ждущим решения командирам.

— Наврус, — Иоанн даже улыбнулся, предчувствуя какой сумбур вызовут его слова, — я говорил тебе вывести войска из города и прекратить пожары. Так вот, я отменяю свой приказ. Ты прав, пусть наши бойцы оторвутся всласть. Они это заслужили!

Глава 20

За спиной Иоанна мрачно хмурился Прокопий, справа недовольно сопел Наврус. Идея молодого императора начать переговоры с горожанами осталась ими неоцененной. Патрикий прямо сказал, что горожане воспримут предложение как слабость — победители парламентеров не шлют. Наврус же как всегда извернулся и прямо ничего не возразил, но все-таки вставил, что любой договор с горцами яйца выеденного не стоит, им нельзя доверять ни на грош.