– Ясно. В нем что-то установлено?

Телохранитель понимающе усмехнулся:

– Кое-что.

– Отлично. Что же, Кшиштоф, готовьтесь, нам предстоит разминка.

– Как приятно это слышать!

65

Заложив руки за спину, Альбер Крон стоял перед широким окном будуара. Не без опаски он взглянул на длинный черный джип, парковавшийся возле дома. Колеса заскрежетали по гравию. Крон знал, что совершил непростительную ошибку. Стычек вроде той, что предстояла ему сейчас, он терпеть не мог. Главное – не потерять лицо. Он должен хранить достоинство, уверенность, словно все еще владеет ситуацией. Это будет нелегко. Его союзник не из сговорчивых, а ставки велики.

Человек в черных очках вышел из джипа, застегнул пиджак, защищаясь от холода, и громко хлопнул дверцей. Решительным шагом он пересек двор и с озабоченным видом поднялся на крыльцо.

Альбер Крон знаком приказал помощнику открыть дверь «Агарты». Он не хотел встречать своего союзника лично. Это выглядело бы проявлением слабости. Здесь он хозяин. Он на своей территории. Выпрямившись и высоко подняв голову, он так и стоял у окна в ожидании, когда гостя проведут в будуар.

Тот ворвался в комнату подобно урагану.

– Крон! Как получилось, что квадраты исчезли? – бросил он, злобно грохнув дверью.

Крон неспешно обернулся:

– Здравствуйте, Эрик.

– Где эти сраные пергаменты?

– А вы сами как думаете?

– Дело рук вашей чертовки Ламии?

Альбер Крон отвернулся и с деланой непринужденностью принялся разглядывать парк за окном.

– Вполне возможно.

Гость остервенело замотал головой:

– Так и знал, что нельзя доверять этой психопатке! Сколько я вам об этом твердил!

Альбер Крон постарался не выдать волнения. По-прежнему держа руки за спиной, он заговорил степенно и неторопливо:

– До сих пор она вполне добросовестно выполняла контракт. Полагаю, ваша неспособность устранить Маккензи вывела ее из себя.

Вне себя от ярости, мужчина замер посреди комнаты:

– Еще скажите, что во всем виноват я!

– Мы все в какой-то степени виноваты, Эрик. Но теперь не время спорить, чья вина больше. Сейчас нам следует сосредоточиться на поисках квадратов.

– Как вы такое допустили! Даже не потрудились убрать их в надежное место!

Альбер Крон прекрасно понимал, что тут ему действительно нет оправданий. По правде говоря, он и сам еще не до конца поверил в случившееся. Судя по всему, Ламия знала шифр его сейфа, скрытого на верху башни. И по-видимому, она проникла в его кабинет перед самым отъездом.

– Я недооценил Ламию. Не ожидал от нее ничего подобного. Но не все еще потеряно, Эрик. Возможно, это далеко не так серьезно, как кажется. Я очень давно знаю Ламию, и вот вам мое мнение: она вернется сюда, как и планировалось, едва добудет шестой квадрат.

– Вы бредите!

– Нет. Полагаю, она взяла квадраты, чтобы защитить себя. Для нее это, если желаете, гарантия безопасности. Но она вернется. Я ей понадоблюсь. Лишь я способен понять скрытый смысл послания Виллара.

– Вы так в этом уверены? Я хочу сказать, так же, как в преданности этой чокнутой?

– Ламия вовсе не чокнутая.

– Ну еще бы! – съязвил человек в черных очках, воздевая руки. – Это очаровательная молодая женщина, которая всего лишь любит выкачивать у людей мозги, предварительно впрыснув им в череп кислоту.

– Эрик, я вас очень уважаю, но будьте добры не говорить о том, чего вы не способны понять.

– Во всяком случае, я способен понять, Альбер, что в этот проект я вгрохал кучу времени и денег, и вот теперь все пропало.