Ламия снова улыбалась, давая ему передышку.

– Вы меня восхищаете, Ари. Сами не знаете, за что бьетесь. Вы этого даже не замечаете, но именно поэтому вы обречены на поражение. Ваша битва лишена смысла. Когда понимаешь, за что сражаешься, становишься сильнее.

Она шагнула вперед и размахнулась, целя ему в голову. Маккензи пригнулся и ударил ее по ногам. Прут угодил Ламии в правое колено. Раздался громкий хруст. Вопя от боли, она рухнула на пол.

Не медля ни секунды, Ари кинулся на нее, держа прут двумя руками. Он собирался передавить ей шею, но тут Ламия швырнула ему в лицо пригоршню земли. Ослепленный, Ари потерял равновесие и тоже оказался на полу.

Он протер глаза, но не успел встать. Поднявшись на ноги у него за спиной, Ламия с силой опустила трубу ему на позвоночник.

С рычанием Ари снова упал. Перекатившись на бок, он отразил очередную атаку и кое-как отступил, вновь оказавшись вне досягаемости.

Ламия с выбитым коленом топталась на месте. Ярость придала Ари сил. Он поднялся и снова накинулся на нее. На этот раз он замахнулся еще сильнее, метя ей в лицо. Ламия увернулась, оружие Ари со всей силы врезалось в другую опору и с оглушительным шумом вывернуло ее. С потолка посыпались камни.

Ари заметил, что его противница, припадая на поврежденную ногу, отходит в сторону. Он крепче перехватил прут и ринулся на нее. Конец стержня ударил ее в грудь. Ламию отбросило назад. Ари выпустил из рук оружие и, не давая опомниться, вцепился ей в горло. Коленями прижимая Ламию к земле, он принялся ее душить. Лицо Ламии побагровело, глаза выкатились из орбит. В ярости Ари все сильнее сжимал ее горло. Она рвалась, выгибалась, но он навалился на нее всем телом. Внезапно она вытянула руку, нашарила камень и ударила Ари прямо в висок.

Оглушенный, Маккензи откатился в сторону. Лежа на полу ничком, он не потерял сознание, но сил, чтобы подняться или просто повернуться, не было. Будто огромная тяжесть придавила его к земле.

Задыхаясь и держась руками за горло, Ламия кое-как подобрала прут. Ари услышал, как его конец волочится по земле. Она вплотную приблизилась к нему.

Если он сейчас же что-нибудь не предпримет, ему конец. Она размозжит ему голову.

У Ари бешено заколотилось сердце, мышцы напряглись. Выжить. Он не вправе ей уступить. Подняться. Он должен биться. Сражаться из последних сил. Ради Лолы.

Ламия ошибалась: ему было за что сражаться. Он должен победить ради Лолы, чтобы вновь увидеть ее, сжать в своих объятиях. Без нее его жизнь утратит всякий смысл.

Ари стиснул зубы, собрался с духом и оттолкнулся руками, пытаясь повернуться. Казалось, у него ничего не выйдет. С невероятным трудом ему удалось перекатиться на бок, оказавшись лицом к лицу с Ламией.

Все произошло в один миг. Он видел, как на него опускается железный стержень, тяжелый и прямой, словно гильотина. Видел одержимый взгляд Ламии. Ее окровавленное лицо. Падающую каплю. Он едва успел наклонить голову. Прут задел его по лицу и опустился на ключицу. Ари пронзила мгновенная и невыносимая боль.

Стоявшая над ним Ламия снова подняла прут. На этот раз она держала его вертикально, как гарпун, и ударила им что было сил. Резкая боль привела Ари в чувство, он отклонился, не дав ей его добить. Одновременно он подсек Ламию ногами и опрокинул ее навзничь. Подобрал с полу камень и, вопя от боли и ненависти, подполз к ней.

Ламия попыталась встать, но Ари удержал ее за рукав. Правое плечо не действовало, и Ари, дотянувшись до нее, левой рукой занес над ней камень. Однако женщина перехватила его руку. Приподнявшись, Ари ударил ее головой в переносицу и услышал, как хрустнул хрящ. Кровь залила распухшее лицо Ламии. С пронзительным воплем она вцепилась в Ари.