— Палки да камни, верно? Однако, Лоример, снимаю перед тобой шляпу, — сказал Хогг. — Думаю, даже я не отважился бы настолько сбить цену. А значит — напрашивается вопрос: почему он на это пошел?

Лоример пожал плечами.

— Не знаю, — ответил он. — Я и сам не мог взять в толк. Проблемы с денежным оборотом? Вряд ли. Лучше что-то, чем ничего? Возможно. Производят впечатление очень надежной организации.

— Так оно и есть, — проговорил Хогг задумчиво. — Это-то и странно. Я ожидал, что все будет куда взрывоопаснее. Всякие письма, угрозы, телефонные звонки…

— Надо признаться, я и сам был немного удивлен, — заметил Лоример.

Хогг пристально поглядел на Лоримера.

— Пойдешь в «Форт». Найдешь Доулинга из финансового, сообщишь хорошие новости.

— Я? — удивился Лоример. Обычно роль доброго вестника брал на себя сам Хогг.

— Ты заслуживаешь доверия, сынок. Допивай. Я еще принесу.

* * *

Как бы то ни было, Доулинг искренне обрадовался. Это был веселый пухлый человек с большим животом, от него по-козлиному пахло послеобеденными сигарами. Дружелюбно пожав руку Лоримеру, он долго говорил о чудовищных оплошностях, об исковой давности и о ценных для фирмы сбережениях. Потом он извинился и вышел из комнаты, а через две минуты вернулся вместе с сэром Саймоном Шерифмуром собственной персоной. Вблизи лицо Шерифмура выглядело куда более мясистым и изборожденным морщинами, чем показалось тогда, на прощальном вечере в честь Торквила. Но к одежде его Лоример никак не мог придраться: черный, в тонкую полоску, костюм, роскошный, но не напоказ; сливочного цвета рубашка, свободно повязанный светло-розовый галстук. Все сшито на заказ (Лоример понял это мгновенно) — вплоть до галстука. Наручных часов на нем не было; Лоример отметил это и подумал, нет ли где-нибудь кармашка для часов. Любопытно: как это он раньше не задумывался о такой детали туалета, как кармашек для часов, может, стоит обзавестись? Надо будет спросить у Ивана.

— Вот — тот самый молодой человек, — говорил Доулинг, — который сэкономил нам все эти деньги.

Шерифмур машинально улыбнулся. Рукопожатие было крепким и коротким.

— Лучшая новость за весь день. Вы?..

— Лоример Блэк. — Он едва удержался от того, чтобы не добавить услужливое «сэр».

— Значит, вы один из блестящих молодых самураев Джорджа, — задумчиво проговорил Шерифмур, глядя на него почти с симпатией. — Ну и заваруха же вышла с этим «Федора-Палас». Я вам весьма благодарен. Не могли бы вы по-быстрому с этим расправиться? Нам бы хотелось, чтобы все было уже позади.

— Я сказал, что мы дадим добро на новый иск, — вставил Доулинг.

— Отлично, отлично… — Лоример почувствовал, что Шерифмур продолжает его разглядывать с некоторым любопытством. — А вы случайно не младшенький Энгуса Блэка?

— Нет, — ответил Лоример, добавив про себя: «Я младшенький Богдана Блока», слегка покраснев при этом от стыда.

— Передавай привет папе, ладно? Скажи ему, что мы скоро его к югу от границы спихнем, — продолжал, не слушая, Шерифмур, а потом обернулся к Доулингу. — Ну, Питер, увидимся в?..

— Полшестого. Обо всем договорились.

Шерифмур легким шагом направился к двери. У него были слегка покатые плечи, как это часто бывает у высоких мужчин, а волосы на затылке, заметил Лоример, кудрявились над воротником.

Он помахал Лоримеру на прощанье:

— Спасибо, Лоример, отличная работа!

Вопреки всякому здравомыслию, Лоример ощутил прилив гордости — как будто похвала сэра Саймона, назвавшего его вдобавок по имени, внезапно облагородила и возвысила его.