Открытия продолжаются

 ак ни упорствуют белые австралийцы в своем предвзятом отношении к аборигенам, я не мог по-настоящему сердиться на них — настолько просто, непринужденно и весело меня всюду встречали. Даже в государственных учреждениях люди приветливые, простые. Сколько раз какой-нибудь служащий, словно так и положено, принимался составлять для меня программу экскурсий или выходил со мной на улицу, чтобы проводить до другого учреждения. Так и в Сиднее: несмотря на множество отталкивающих сторон, там мне с каждым днем все больше нравилось.

Подобно Стокгольму, Сидней раскинулся по берегам морского залива, который на тридцать километров врезался в материк; длина всей береговой линии, изобилующей мысами и бухточками, достигает трехсот километров. Но в отличие от шведской столицы здесь нет ни красивой набережной, ни чудного парка. Южный берег залива — сплошные пристани и уродливые пакгаузы, на северной стороне к самой воде спускаются заводы, пакгаузы, частные коттеджи. Горожане молчаливо мирятся с тем, что их отрезают от морского простора.

Хуже всего обошлись с Серклер-Кей — маленькой бухтой, на берегу которой основатель города Филипп в 1788 году поставил первые бревенчатые дома. Здесь стоят неизбежные пакгаузы и возведен двухэтажный виадук для железнодорожного и автомобильного транспорта. Центр города сгрудился на холме позади Серклер-Кей. Вдоль крутых улочек — беспорядочное нагромождение правительственных зданий, учреждений и торговых комплексов, словно в маленький ящик набросали кубики разной формы и величины.

Давно уже оставлены все надежды упорядочить уличное движение в центре. Хорошо хоть удалось несколько уменьшить постоянную сутолоку на тротуарах; для этого их разделили пополам желтой чертой. Прохожие строго соблюдают свой ряд. Горе тому, кто нарушит строй, — это единственный проступок, который может по-настоящему разгневать сиднейца. Порядок превосходный, если исключить те случаи, когда вам из внешнего ряда нужно пройти в магазин и вы вынуждены силой пробиваться сквозь людской поток. Людям хилым и сердечникам рекомендуется идти в своем ряду до угла, там повернуть и с внутренним рядом возвращаться к магазину. Если вы хотите полюбоваться витринами, сразу же займите место во внутреннем ряду, не то увидите только сердитые лица.

Архитектура поразительно старомодная для такого молодого города, как Сидней. О большинстве административных зданий, увы, нельзя даже сказать того, что написано в туристских брошюрах о здании парламента: «Оно примечательно не столько своей архитектурой, сколько интересной историей». Почему-то на самом виду стоят самые некрасивые строения. Так, ратуша, расположенная у одного из наиболее оживленных перекрестков, напоминает громадный подарочный торт. Губернаторский дом, окруженный красивым парком, построен в стиле тюдор с множеством никчемных башенок и шпилей. Но всех превзошла консерватория. Она стоит по соседству и прежде была губернаторской конюшней, потом ее перестроили; теперь консерватория напоминает рыцарский замок, какие мы склеивали в детстве из картона. Когда я увидел этот замок в первый раз, то даже подошел и потрогал стену пальцем, чтобы убедиться, что он не картонный.

Магазины и учреждения в центре поражают пестротой стиля. Банк с дорическими колоннами стоит рядом с универмагом, построенным в стиле барокко. Функционалистские здания страховых компаний (ни в одном городе не видел их столько!) соседствуют с постройками, украшенными викторианской лепниной. Дома, которые обычно можно увидеть только во французских боевиках, зажаты между маленькими небоскребами, а постройки в немецком стиле югенд неожиданно чередуются с эдвардианскими коттеджами. Очень распространены балконные решетки из чугунного литья, которые украшают фасады многих зданий.