Поднимаясь на второй этаж, Эйприл вспоминала, как закончился прошлый вечер. Джек достал из принесенного с собой свертка хлеб, нарезанный сыр, а из ведерка – бутылку вина, и они поужинали – прямо за тем же столом. Прибравшись и уничтожив следы разгрома, Джек взял Эйприл за руку и молча повел прочь из здания. Они шли по освещенной луной лужайке, и никакие слова были не нужны. Даже расставание прошло как нельзя проще: дойдя до дверей ее бунгало, Джек просто поцеловал Эйприл на прощание и исчез в тени буйных тропических зарослей.

«Просто поцеловал»… Этот поцелуй и сейчас стоял в памяти Эйприл… «Пройдусь-ка я, пожалуй, пешком до шестого этажа», – сказала она себе.

Дойдя до своего кабинета, она остановилась, пристроила на лицо улыбку и, глубоко вздохнув, отворила дверь. Кармен, как и ожидала Эйприл, сидела в «предбаннике».

– Привет! – лучезарно поздоровалась Эйприл. – Что такого стряслось, что мне пришлось бросить все дела и бегом бежать сюда?

Кармен не улыбнулась в ответ, и наигранное веселье Эйприл мгновенно испарилось.

– Ну, что случилось?

– Мы получили извещение от правительства штата Оахака. Оттуда сообщают, что в аппарат правительства поступают жалобы на нашу практику найма индейцев. Губернатор назначил специальные слушания и требует твоего присутствия.

– Что? – удивленно переспросила Эйприл. Она знала, что ее методы найма рабочих, начисто исключающие бумажную волокиту, не встречают поддержки у местных бюрократов. Но чтобы они писали жалобы в правительство штата… – И когда же эти слушания?

– В том-то и дело, – мрачно ответила Кармен. – Завтра.

– Но я не доберусь до Оахаки к завтрашнему дню!

– Знаю. Я звонила в Санта-Крус, пыталась заказать билет – все места распроданы за месяц вперед. Письмо задержали на почте, и…

– Не надо, Кармен, я знаю, как работает местная почта. Знали бы американцы, как им повезло! – Эйприл тяжело вздохнула и плюхнулась в кресло напротив стола. Уже не в первый раз она пожалела о том, что не завела себе вертолет. (Вертолетная площадка позади гостиницы предназначалась только для гостей, предпочитающих пользоваться этим видом транспорта.) – Черт побери! Ты представляешь, что будет, если я там не появлюсь?

– Где не появишься?

Знакомый глубокий голос заставил Эйприл буквально подпрыгнуть в кресле.

– Джек!

Трудно поверить, но при одном взгляде на него она забыла обо всех своих неприятностях. Впрочем, выцветшие черные шорты и рубашка, сквозь расстегнутый ворот которой виднелась загорелая грудь, вполне могли вызвать кратковременную потерю памяти.

Эйприл заморгала, соображая, о чем это он спрашивает.

– Привет! Представляешь, завтра в это время мне нужно быть в Оахаке, а билетов на самолет нет.

Джек отлепился от косяка и вошел. Эйприл с трудом отвела взгляд от его мощных бедер, пробуждающих в ней сладкие воспоминания. Кармен окинула Джека восхищенным взором и, выждав, пока он отвернется, подмигнула Эйприл. Та предпочла бы не заметить этого подмигивания, но, к сожалению, заметила. Похоже, слухи разлетаются еще быстрее, чем она думала.

– Думаю, я смогу тебе помочь. – Джек улыбнулся, кивнув в сторону кабинета, и самообладание Эйприл разлетелось вдребезги. – Кармен пусть идет работать, в мы с тобой зайдем в кабинет и все обсудим. – Джек не предлагал и не задавал вопросов, он отдавал приказания. – Дело как-то связано с этим письмом? – спросил он, обернувшись к Кармен и указывая глазами на письмо у нее в руке.

Кармен молча кивнула.