Кенеб кивнул. – Капитан Сорт.

– Сэр.

– Возьмите четыре взвода и займите оборону. Пошлите один взвод к ближайшим казармам, убедитесь, что там действительно никого нет. Если так, они станут нашим центром. Оттуда я поведу главный отряд к воротам, чтобы захватить и удерживать их. Капитан, тогда вы с четырьмя взводами пойдете в город, как можно дальше. По пути создавайте побольше шума. Разрешаю взять дополнительные припасы.

– Наша цель?

– Дворец.

– Ясно, сэр. Скрипач, позовите Геслера, Хеллиан и Урба – ваши взводы пойдут первыми. Проходите через тоннель. Лучше всего пробегите.

В сером свете наступившего дня четыре фигуры вышли из крутящегося пятна, появившегося в двадцати шагах от мертвой Башни Азата, что за Старым Дворцом. Когда портал сомкнулся, пришельцы принялись осматриваться.

Еж чуть заметно толкнул Быстрого Бена – то ли от возбуждения, то ли просто напоминая другу о себе. – Говорю тебе, колдун – это время воссоединения.

– Где мы, во имя Худа? – спросил Бен.

– В Летерасе, – ответила Серен Педак. – Позади Старого Дворца. Но что-то не так.

Тралл Сенгар обхватил себя руками. Он был бледным после поспешного исцеления двух ран; в глазах застыла глубочайшая тревога.

Еж ощутил какое-то предчувствие: словно дымок гаснущей лампы мешал ему разглядеть Тисте Эдур. «Бедный ублюдок. Брат убит на глазах. Потом – неловкое прощание с Онреком. И радость и горе – он видел, что друг стоит рядом с женщиной, которую любил так долго. Как долго? Чертовски близко к невероятности, вот как долго.

Но теперь – Тралл».

Тисте Эдур медленно озирался.

Еж бросил взгляд Быстрому Бену и сказал: – мы решили сопровождать тебя и Серен. К ее дому.

– Город в осаде, – ответил Тралл Сенгар. – Мой младший брат – Император…

– Подождет, – оборвал его Еж. Помолчал, пытаясь половчее сформулировать следующие слова. – Твой друг Онрек украл сердце женщины, и все было видно. То есть в ее глазах. Ответ, то есть. И если ты поглядишь, просто поглядишь в глаза Серен Педак, ну…

– Ради милостей Худа, – вздохнул Быстрый Бен. – Он имеет в виду, что вам с Серен нужно поскорее уединиться, и мы обещаем сделать все, чтобы это случилось. Так?

Удивление Серен Педак было почти комичным.

Но Тралл просто кивнул.

Еж снова поглядел на Бена: – Ты достаточно оправился, на случай, если напоремся на неприятности?

– На то, что не устранят твои жульки? Да, наверно. Может быть. Держи по жульку в каждой руке, Ежик.

– И верно… потому что ты клятый идиот. Серен Педак – ты должна знать, я очень завидую твоему Эдур, но все же… Далеко до дома?

– Не очень, Еж Сжигатель Мостов.

– Давайте покинем это жуткое место.

Ил взвивался под ногами, всплывал выше, охватывая колени, и уносился по течению. Мимо проплывали непонятные сгустки света, постоянно изменяясь, словно их мяли пальцы владеющего этим темным, неумолимым миром давления.

Брутен Трана, посланный отыскать спасителя, брел по бесконечной равнине, продавливая слежавшийся твердый ил. Спотыкался о кучи мусора, наступал на корни. Пересекал выглаженные течениями глинистые равнины, на которых местами виднелись отполированные кости давно погибших левиафанов. Огибал выпотрошенные остатки утонувших кораблей, торчащие ребра шпангоутов и лопнувшие корпуса. По пути он размышлял о своей жизни, о множестве решений, которые он принял или не принял.

У него нет жены. Память не может показать ни одного родного лица.