Коротко свистнув, стрела врезалась в щит и вспухла распустившимся на его поверхности цветком плазмы. Ань Лушань выругался и чуть не подавился крепким дымом, с трудом удержав защиту на месте. Следующие две стрелы также несли в наконечниках плазменные сюрпризы, но их Учитель отразил уверенно и даже смог нанести ответный удар.

Гроздь огненных шаров размером с кулак осыпала самурая, лишь слегка оплавляя верхний слой доспеха. И только один из них попал в главную цель.

— Посмотрим на что ты годен без своих игрушек. — «Красный посох» удовлетворённо улыбнулся, увидев как деформировался лук после встречи с огненным шаром. — У тебя последний шанс!

Парнишка его не разочаровал и поддался эмоциям — завопил что-то нечленораздельное и бросился на Учителя. Лушань развеял щит и, сконцентрировавшись, сформировал из пламени узкий тонкий клинок. Короткий умелый замах, шаг вперёд, навстречу мчавшемуся на встречу со смертью мальчишке и…

Брошенный парнем с металлический шар в воздухе преодолел два метра пространства и распался на части, соединённые сетью из тонких металлических нитей. Конструкция совершила один оборот вокруг своей оси и со звяканьем примагнитилась к грудным пластинам МПД Учителя. Люминисцентно-белая вспышка электромагнитного взрыва ослепила Лушаня, тело в обесточенном МПД с перегоревшими цепями утратило необходимую ловкость и красивый удар вместо того, чтобы стать достойным завершением схватки, стал фатальным промахом.

Японец налетел на врага словно неистовый шквал — град ударов, усиленных «Дланью Тьмы» сначала бросил китайца на землю, а после перегрузил с трудом удерживаемый Учителем «доспех духа»…

…Лицо Леона было последним что увидел Лушань перед смертью. И на этом видение Алексея Соколова окончилось.

Его руки мелко дрожали. Торчащая в уголке рта сигарета тихо зашипела после судорожной затяжки, в голове суматошно заметались отрывочные мысли, встраивая увиденное в общую картину. Аккуратно отложив зажигалку в сторону, парень задумчиво посмотрел на расслабленного друга и мысленно усмехнулся:

— Так вот ты какой, северный олень… Как же приятно порой ошибаться!

***

… Мэйли как раз вышла из душа, когда пришёл вызов от отца. Тяжело вздохнув, девушка наскоро просушила волосы, накинула лёгкий халат и вышла из своей комнаты. Толстый ковёр на полу мягко щекотал босые ступни, но за выдавшийся напряжённый день на каблуках она так возненавидела любую обувь, что предпочла пойти именно так. Охранники перед дверью в комнату отца по традиции щеголяли голыми накаченным торсами и завидев дочь Координатора, вытянулись по струнке. Вытатуированные на их мускулистых руках изображения фениксов были настолько реалистичны, что когда девушка проходила между ними, ей всегда казалось, будто мифические птицы не спускают с неё своих взглядов.

— Ты звал меня, отец? — спросила Мэйли у Координатора, встав на пороге и ожидая разрешения пройти дальше.

— Мэй, мне сообщили, что ты сегодня разговаривала с этим японцем. А отчёта об этом нет. Нигде нет. Что-то случилось? — поманил он её рукой, приглашая приблизиться.

Покои Сяолуна никогда не отличались особой пышностью и единственным послаблением для себя он сделал огромную кровать под балдахином, спать на которой, впрочем, предпочитал в одиночестве. Личная комната третьего наследника клана Во Шин Во была образцом эффективности и скромности для остальных деятелей клана — строгая эргономичный мебель, отсутствие каких-либо излишеств в отделке.