– А зачем вам? – хмуро отозвался рабочий, шагая через трупы яблонь, слив и прочий мусор.

– А так, может, он и мой участок купит? Вы его не увидите, а?

– Ну, бывает он здесь…

– Передай ему, сынок, а? Пусть зайдет! Богом прошу, а? Передай!

Рабочий покивал, но, как показалось Маше, не слишком уверенно.

«Может, ему больше и не надо, тому хозяину? Да куда уж столько – что за хоромы ему здесь городить? – досадовала Маша несколько дней. – Вот опять не повезло мне… Соседушки, будь они неладны, дорогу перебежали!»

Невеселое положение чуть скрашивали радужные мечты о том, как в один прекрасный день, не найдя своей размалеванной Гальки, Вадик убедится, что та его бросила ни за понюх табаку и уехала в неизвестном направлении. Ну, поогорчается чуток, конечно, не без этого… А потом вернется в родной дом, к маме, поняв наконец, что мама-то, мама его никогда не предаст, не бросит, всегда примет назад и, чуть попеняв, вполне справедливо, простит!.. Простит и примет назад!

Прошла еще неделя томительного ожидания, когда, уже на ночь глядя, в двери к Маше постучали. Был будний день – значит, не Вадик…

Маша, отдернув занавеску на кухонном окне, увидела, что перед дверью стоит плотный мужчина, уже верно за сорок, с круглой головой и в светлом пушистом пальто.

Маша, тревожась, откинула проволочный крючок и выглянула в щелочку.

– Здрасте, мамаша, – произнес незнакомец сочным баском. – Мне передали – вы хотели со мной поговорить?

– Здрасте. – Маша выступила за порог. – А вы?… – Она указала глазами на соседний участок.

Гость кивнул.

Нового Машиного соседа звали Голованов, и он обещал подумать над покупкой ее участка, спросил, в порядке ли домовая книга и все остальные документы, кто полноправный владелец. Заметил, что, в общем, не планировал покупать еще один участок – и этих довольно. Но если имеется на это Машина острая необходимость, то он подумает.

«Цену сбить хочет, – затрепетала Маша. – Точно! Но я-то знаю, сколько он соседушкам отвалил… Я от своего не отступлюсь!»

Маша, сделав над собой усилие, спокойно сказала, что и у нее тоже особой спешки нет – так, как получится, так и получится. Не он – так другой купит.

– У нас район чистый, – кстати вспомнила Маша слова канувших в неизвестность соседей.

Пространство за Машиным палисадом было уже раскорчевано от пней, расчищено от сараюшек, даже мусор был весь либо вывезен, либо сожжен в огромных, тревожно-гудливых кострах. Маша удивилась, какие это оказались необъятные просторы… Хорошо они, оказывается, жили-то!.. А ведь за Машиной усадьбой был еще небольшой кусок поросшей диким бурьяном земли, а за ним – мелкий овражек. Так что если бы не ее дом с огородом, какое могло бы получиться поместье у этого богатея!..

Это ли, другое ли, но Голованов таки решился купить у Маши участок и, заехав к ней еще пару раз для уточнений, в конце концов забрал у нее документы на проверку, а потом возил ее на собственной шикарной машине в город, к нотариусу, для оформления и подписания документов.

К счастью, огородные хлопоты давно закончились, Вадик бывал у Маши редко, и они с Головановым ни разу не повстречались. А то бы!.. Что бы Маша ему сказать могла: «Собираюсь на вырученные от продажи грошики послать одну кралю на легком катере к такой-то матери», а?

Маша все это хлопотное время самой себе хитро улыбалась, усмехалась, даже тихонько хихикала. Вот сыночку будет сюрприз, когда поймет он, что его разлюбезная Феоктистова так просто бросила его и уехала…

Наконец, почти на исходе октября, аккурат на Покров, когда, совсем не по приметам, было сухо и тепло, Голованов приехал к Маше с женой и двумя приятелями.