— Да, наставник. — выдохнул парень, делая очередной выпад. Вот только чем дольше мы сражались, тем отчетливей я видел все движения противника. Не сказать, что они были какими-то хитрыми или неожиданными. Главное уметь смотреть. А ещё, у меня было главное преимущество перед противником, я не уставал. Вернее, мои силы восстанавливались быстрее чем уходили. И когда Ченг уже начал тяжело дышать, я лишь вошел в ритм.

— Не дай ему перейти в контратаку! — возмущенно проговорил Гул Яр. — Смелее, быстрее, сильнее! Долго ли умеючи?

— Умеючи долго. — усмехнувшись сказал я, и проведя несколько выпадов подбросил меч, поймав его за кончик лезвия. В глазах противника мелькнуло непонимание, только идиот будет бить рукоятью, а в следующее мгновение на него обрушился удар, который он не смог ни парировать, ни взять на блок.

— Как? — спросил Леви, когда здоровяк Ченг рухнул на песок и я обозначил добивающий удар.

— Никогда не пытайтесь парировать дубину или двуручную палицу. — покачав головой проговорил наставник. — У всех фехтовальных мечей баланс смещен к эфесу. И чем меч больше, тем тяжелее навершие. В результате Лю поменял оружие, сделав вес своим главным союзником. Запомните это. Следующий!

Ни третий, ни тридцать третий парень не смогли меня чем-то удивить. Большинство владело стилем для одноручного прямого меча, который я может и не понимал, но легко подстроился под их движения. После схватки с Леви это оказалось проще простого.

Многие старались поймать меня на передышке, атаковали сразу как заканчивался предыдущий спарринг. Но большинство вели себя уважительно, даже спрашивали не нужен ли мне отдых. Схватки с последними двадцатью и вовсе получились полностью тренировочными, мы чуть ли не замедленно движения отрабатывали.

— Твое укрепление тела проведено превосходно. — наконец сказал наставник, когда последний из кандидатов рухнул на песок, а я остался стоять. — Выносливость на уровне воина. Я бы сказал, что ты абсолют тела, если бы не видел твои движения. Они слишком медлительны, а ударам не хватает силы. Но мы это исправим.

— Наставник, скажите, а какие есть способы еще попасть во внутренний двор? — поинтересовался я, когда ушибленные кандидаты начали расходиться по своим местам.

— Ну, можешь попасть туда за провинность. К слову, тебя там уже заждались за вчерашнее увечье наставника, но личные ученики не подпадают под общие правила. — довольно сказал Гул Яр. — Через два года, когда ты станешь уверенным серебром, и пройдешь внутренний отбор — тебя допустят к изучению техник.

— Благодарю наставник. — кивнул я, задумавшись. Два года я ждать не мог, до обозначенного Ди срока оставалось меньше двух недель, а значит мне нужно найти иной способ. И я начал его усиленно искать, но скоро выяснилось, что дело это гиблое. В школе духовной силы учили на совесть. В расписании учащихся не то, что нескольких минут свободных не было, дышать можно было исключительно по команде.

Подъём, растяжка, завтрак, разминка, силовая тренировка, рукопашный бой, тренировка на выносливость, мытьё, обед, бег на пять километров или пока наставнику не надоест, фехтование, подготовка к ужину, собственно ужин и наконец опять растяжка со статическими упражнениями типа планки.

Ни один нормальный человек такой график не выдержал бы и нескольких дней подряд, но учащиеся школы и не были людьми в полном смысле этого слова. Допускались лишь даосы этапа медный кандидат и выше. А их физиология завесила не только от биохимии организма, но и подпитки силой мира, идущей от Первородной души.

Перед учителями стояла простая задача — довести кандидатов до состояния при котором они не выживут без подпитки, а значит они должны пройти тот же процесс, который пережил я в момент возвышения от золотой пилюли — впитать достаточно силы чтобы сформировать первый узел.