— Почему на каждой трансляции вы называете меня бездельником? Я ведь объясняю, что это зависит не от меня.

К сожалению, у Валерио был крайне вспыльчивый характер, и некоторым показалось очень смешным выводить его на эмоции. Если днем его крики никому не мешали и, можно сказать, даже веселили Леру и Михаила, то ночью или ранним утром никто из них не собирался это терпеть. Вот и сейчас повторные вопли парня заставили Леру пойти на крайние меры. Она спустилась на первый этаж и выключила электричество. Валерио совершенно не разбирался в электрике и предпочитал не соваться в щиток. Ему оставалось только просить прощения и покорно ждать, когда Лера или Михаил сжалятся над ним.

Когда Валерио понял, что случилось, и спустился на первый этаж, его друзья сидели на кухне и пили чай с только что испеченным пирогом.

— Я даже не кричал, — начал возмущаться он, — всего лишь громко говорил!

— А я не отключала электричество, всего лишь опустила один рубильник.

— Это одно и то же.

Вместо продолжения спора оба вопросительно посмотрели на Валерио. Парень понял, что сейчас он ничего не добьется, и пошел в импровизированную студию, чтобы отвлечься самому и дать успокоиться остальным. Там он ежедневно проводил около двенадцати часов, отвлекаясь только на эфиры и еду, да и то не всегда.

— Его все равно не исправить.

Михаил вздохнул и продолжил хлопотать по хозяйству. Его никто не просил, и уж тем более это не было прописано в его контракте. Он сам принял это решение. Как самый старший и опытный, Михаил прекрасно понимал, что между этими двумя спокойствие — понятие временное, а есть хочется каждый день, да и чистоту он очень любил. Чтобы лишний раз не тревожить это осиное гнездо, Михаил предпочел взять все в свои руки.

— И что же теперь, мириться с его выходками? — Лера никак не могла успокоиться.

— Для того чтобы поменять его, сначала нужно пройти стадию принятия. В этом нет ничего такого. Он все равно ведет себя как ребенок, сопротивляешься ты или нет, так что какой смысл тратить на это силы и нервы? Попробуй поговорить с ним и прийти к компромиссу. Переговоры в любой ситуации дадут больше, чем крики.

— Сколько ни разговаривай с камнем, он останется камнем.

— Тогда нужно взять в руки инструменты и сделать из него, например, колесо.

— И пусть оно катится ко всем чертям! — Лера хищно обнажила зубы в злой ухмылке.

— Я хотел сказать, что ты могла бы стать вторым колесом, тогда вы бы оба могли докатиться до компромисса.

— Иногда мне кажется, что ты совсем не знаешь Валеру.

— Мне доводилось видеть его в разных состояниях, так что что-то я про него все-таки знаю. Я видел, на что он способен ради других людей.

Лера вздохнула и пошла в студию. После недолгого разговора голоса за дверью стали слышаться все громче и громче. Наконец девушка выскочила из студии, громко хлопнув дверью.

— Ну и пожалуйста! Сиди там один и думай, что и кому ты говоришь. Это ты своим спонсорам и фанатам будешь рассказывать, что ты крутой парень, а мне и так все ясно.

Она ушла в свою комнату. Остаток дня прошел в тишине. Михаил включил электричество и приготовил ужин. Уже под вечер стало холодно, так что он разжег камин и задремал в кресле. Сквозь треск дров он услышал вибрации телефона, но не придал этому значения. «Перезвоню завтра», — подумал он, погружаясь в сон.

На следующее утро Валерио, как обычно, спустился позавтракать. На кухне уже сидели его друзья и о чем-то разговаривали. Из коридора невозможно было разобрать слов, но, судя по голосу, оба были очень взволнованы.

— Что у вас тут происходит?

— Татьяна Александровна написала, что кого-то, похожего на нашего преследователя, видели недалеко отсюда.