От вина появилась сонливость, но нервное возбуждение мешало уснуть. К тревоге за племянника добавилось потрясение от разговора с Филиппом.

Он был таким заботливым, сердечным, совсем как раньше… Предложил приехать и побыть с ней, пока Брайан не найдется. Ей страшно хотелось сказать: «Да, приходи, приходи сейчас же!» — удержали только мысли о Гейл.

Нет, не только, было и еще кое-что. Филипп позвонил, чтобы договориться о встрече. Может, хочет попросить у нее развода? Спокойно и хладнокровно уладить дела? Решить вопрос о разделе имущества? Вполне возможно, что так и есть. Филипп ведь по-прежнему пребывает в уверенности, что она отказывается иметь ребенка. Кроме того, он уже три месяца встречается с Гейл. Да и еще упомянул, что собирается в Женеву. Интересно, надолго ли? И поедет ли с ним Гейл?

Может, Алекса и стала бы умолять Филиппа вернуться домой, если бы в роли разлучницы выступала какая-то другая женщина, а не его давняя любовь. Возможно, она рассказала бы ему о своей беременности. Наверное, даже смирилась бы с тем, что она нужна Филиппу только как необходимое приложение к ребенку, лишь бы избавиться от этой невыносимой боли — тоски по нему.

Да, сама мысль о другой женщине причиняла бы ей боль, но не такую острую. После уик-энда, проведенного с Иганом, Алекса понимала состояние человека, стремящегося забыть о проблемах и избавиться от одиночества в объятиях другого. Это не любовь. Но Гейл — совсем другое дело. Если она давно претендовала на Филиппа, то Алексе трудно тягаться с такой соперницей. Первая любовь, как считается, самая сильная. В сложившейся ситуации Алекса сомневалась, что сможет снова жить с Филиппом: все время будет представлять, как он ходит на свидания и занимается с Гейл любовью. Будет трудно избавиться от мысли, что все эти годы, живя с ней, муж втайне мечтал о Гейл.

Алекса заплакала. Ну почему ее счастливая, благополучная жизнь так стремительно превратилась в кошмар? Филипп для нее потерян, а Брайан… Что с ним? Может, ранен? Погиб? А Пейдж — поправится ли она когда-нибудь?

Алекса плакала до тех пор, пока не выплакала все слезы.

В семь утра ее разбудил телефонный звонок из полиции. Брайан нашелся, и с ним все в порядке.

— Где он? Я могу сейчас же приехать…

— В этом нет необходимости, — перебил полицейский, — он со своей матерью.

— С матерью?!

Как оказалось, в ходе стандартной процедуры поиска полиция установила, что Пейдж Барнс зарегистрировалась в отеле «Эссекс-Хаус». Они просто позвонили в отель и получили подтверждение, что мальчик находится с матерью.

Алекса почувствовала огромное облегчение, но тут же возникло множество вопросов. Когда Пейдж выписали из больницы? Почему она не позвонила и не сообщила о приезде?

Господи, как сестра могла забрать Брайана, не сказав ей ни слова и заставив сходить с ума от тревоги?

Одной этой мысли было достаточно, чтобы привести Алексу в ярость. Но ее гнев сдерживало какое-то смутное беспокойство из-за странного поведения сестры. Что-то тут не так.

Алекса немедленно позвонила в отель и попросила миссис Барнс. Ее опасения еще более окрепли, когда Пейдж отказалась подойти к телефону. Гостиничный портье передал, что ее просят прислать вещи и паспорт Брайана с посыльным.

— Послушайте, мне необходимо поговорить с миссис Барнс, я ее сестра…

— Сожалею, мисс, но это невозможно, — сказал портье виноватым тоном и повесил трубку.

Алекса быстро оделась и стала собирать вещи Брайана. Его чемодан был слишком мал, чтобы вместить все, поэтому она взяла свой. Среди вещей Брайана было множество кассет, плакатов, фотографий певцов и музыкантов, и Алекса не представляла, что складывать, а что можно оставить.