Филиппу показалось, что его ударили. Алексе было больно видеть мужа таким расстроенным, но она не знала, что делать. Она больше не могла выносить эти ужасные кошмары, после которых весь день чувствовала себя разбитой.

— Прошу тебя, дорогой, потерпи еще немножко. Филипп, не глядя на нее, надел пиджак.

— Дорогой, не сердись, — с мольбой произнесла Алекса, вставая с кровати и подходя к мужу.

— Я не сержусь, просто чувствую себя отвратительно. Алекса попыталась поцеловать его, но Филипп отвернулся.

— Мне пора идти.

— Мне очень жаль, — снова начала она. — Мы еще вернемся к этой теме. Филипп, я тебя люблю, поверь.

— Я опаздываю.

Не сказав больше ни слова, он ушел. Алекса не пыталась задержать мужа. Конечно, ему плохо, ей тоже плохо. Но она не могла отрицать, что испытала огромное облегчение, когда наконец сказала правду.

Глава 12

Игану показалось забавным, что она назначила собрание группы на первое апреля. Учитывая абсурдность ситуации, дата самая подходящая. Как нелепо: Алекса считает его своим сторонником, Грег проявляет идиотскую склонность к ностальгии, а Сью — рабскую преданность Игану и естественную склонность к школярству и азбучным истинам.

Пытаясь на собрании казаться таким же обеспокоенным, как все остальные члены команды, Иган в душе потешался над тем, как ловко ему удалось сбить всех с толку своими махинациями. Одному архитектору он говорил одно, другому — другое, и в результате проектируемое здание, казалось, конфликтовало само с собой, в то время как члены команды до хрипоты спорили из-за какой-нибудь мелочи, например, стоит полировать гранит или нет.

Только Алекса уловила суть проблемы.

— Забудьте о граните. Рано говорить о полировке, когда у нас нет самого проекта. То, что мы сейчас имеем, лично мне больше всего напоминает классический обелиск.

— Целиком и полностью согласен, — сказал Грег. — У нас нет единой концепции. Нам нужен синтез традиционной формы и современных материалов.

— А вот этого не надо, — вмешался Иган, — ты снова отмахиваешься от пожеланий клиента. По-моему, мы должны серьезнее отнестись к словам главного администратора. Ему нужна традиционность — так пусть он ее и получит, иначе наш проект никто даже рассматривать не станет.

Иган всегда получал извращенное удовольствие, играя роль адвоката дьявола. В данном случае особая прелесть состояла в том, что он точно знал, как действует на нервы этому гомику. На самом деле мнение Игана о проекте в его теперешнем виде было убийственно: проект робок, вял и невыразителен, не несет в себе ничего нового, и члены жюри, глядя на него, будут зевать от скуки.

— Эх, если бы мы могли поразить их чем-нибудь сногсшибательным! — мечтательно проговорила Алекса. — Мне представляется вариация на тему ар-деко…

— Ар-деко? Вот уж что нам меньше всего нужно, — быстро перебил Иган. — Всякие ремесленники от архитектуры уже столько раз модернизировали ар-деко, что это уже превратилось в клише.

Как и следовало ожидать, Грег поддержал идею ар-деко. Между тремя архитекторами разгорелся спор. Сью же помалкивала, и только когда ее спросили напрямую, робко высказалась в поддержку менеджера.

Сью внесла-таки свой «оригинальный» вклад, как они с Иганом отрепетировали заранее.

— Этот проект, — проговорила она дрожащим голоском, — выдержан в нужном духе и вызывает определенные ассоциации…

Продолжая, Сью то и дело поглядывала на Игана, желая получить подтверждение, что делает все правильно. А его так и подмывало взмахнуть воображаемой дирижерской палочкой, руководя ее выступлением.