— Как… — дедушка запнулся и сглотнул, — как ему удалось?..

— Покончить с собой? — уточнила Камила, — мы можем только предполагать. Может, сумел завладеть оружием одного из нападавших. Или же понял, как довести до края какую-то злую настоящую вещь, которую они притащили с собой. У ценителя всегда есть преимущество над любым посвящённым, знаете ли.

— А ценителей среди тех, кто организовал ловушку, не было? — уточнил дедушка.

— Совершенно точно не было, — кивнула Камила. — Поэтому мы должны знать, с кем имеем дело. Вы поделитесь с нами?

Глава 23

На Совете дедушка рассказал правду. Только это позволило избежать войны. Хосе ведь был не просто ценителем — он занимал официальный кандидатский пост, что резко всё усложняло. Однако нам удалось выбить время на то, чтобы попытаться разрулить ситуацию самостоятельно.

А ещё Хосе оставил мне наследство. Такое случается в исключительно редких случаях, когда ценитель погибает насильственной смертью и не имеет возможности забрать свой склад в настоящий дом. Обычно никто из нас не думает о завещании — но это одно из требований при рассмотрении кандидатуры в региональный Совет.

И от этого свалившегося на меня состояния мне было совсем худо. Настолько, что я принял решение дальше действовать самостоятельно. Вот только дедушка, конечно, меня ни за что не отпустил бы. И с этим нужно было что-то делать.

— Надо улетать, — сказал дедушка, когда Камила оставила нас одних в холле отеля. — Немедленно.

— Я хочу посмотреть на склад Хосе, — возразил я.

— Не раньше, чем всё закончится, — твёрдо ответил дедушка. — Ты же понимаешь…

— Мой меч остался там.

— Это хорошо. С ним тебе было бы неудобно путешествовать, разве нет? К тому же, мы спешим.

— Думаю, у нас есть время, — возразил я. — Здесь их возможности ограничены. Часть агентуры перебита. Они ведь не вышли на нас напрямую. Просто пытались тянуть за ниточку от амулета.

— И это была ловушка, — согласился дедушка. — Они предугадывают наши действия.

— Помогает кто-то… из наших? — я рискнул озвучить то, что ещё недавно казалось немыслимым.

— Нет, — дедушка помотал головой. — Мы уже обсуждали это. Невозможно… но у них умные аналитики.

— Ладно. Но что дальше-то делать? — спросил я. — Время у нас ограничено. Месяц — два и война, сам слышал на совете…

Дедушка посмотрел на Лиду и Вику. Они сидели возле барной стойки в ожидании заказанного кофе.

— Будем действовать нестандартно, — ответил он.

— Ладно, — я пожал плечами. — Но как именно?

Дедушка сжал губы.

— Хорошо. Останемся здесь до завтра. Мне нужно время. Я подумаю. Есть ещё пара вариантов, но очень сырых. Переночуем под охраной Совета, пускай попробуют сунуться! — он улыбнулся. — Заодно проверим одну гипотезу. Но завтра всё равно надо лететь, они силы подтянут. Нельзя давать им большой форы.

— Ладно, — кивнул я с деланым равнодушием.

Но дедушка, кажется, всё равно что-то почувствовал. Весь вечер он старался находиться рядом и не выпускать меня из поля зрения.

После ужина у нас вышел разговор по душам на четверых. Я делился горем. Вспоминал о совместных приключениях с Хосе. Лида даже снова слезу пустила. Странно, конечно, что при её профессии с возрастом она вдруг стала такой сентиментальной. Впрочем, люди ведь меняются.

Мы рассуждали о важности дружбы равных личностей, о редких отношениях в нашем мире, основанных на совершенном бескорыстии.

Я старательно делал вид, что сохраняю холодную голову, несмотря на пережитое потрясение.