— Что думаешь, цесаревич? — спросила меня государыня.

— Хочешь мира — готовься к войне! Нужно готовиться к войне с османами. Нужно вести быструю войну, сразу же жестокую, и заставить австрийцев хоть что-то сделать. Вряд ли получится сейчас решить проблему с османами и даже с крымские набеги может оказаться сложно прекратить. Нам предстоит воевать с туркой десятилетиями. Я представил план усиления воинского присутствия на юге Малороссии. Об этом я бы попросил рассказать Степана Федоровича Апраксина, — сказал я, и указал жестом своему заместителю всеподданнейше доложить.

И это опять же стало неким плюсом для бестужевской партии, Апраксин — его креатура. Так что, как по мне, боевая ничья получилась, но со мной Шуваловым придется еще как-то говорить. Да, у нас бизнес и это лучше всего сдерживает от необдуманных поступков.

Апраксин докладывал, что уже сформирован корпус под общим командованием генерала Левена с дивизией Румянцева, как главной ударной силой. Этот корпус должен будет базироваться у Харькова, Бахмута, западнее Азова. Одновременно должны переформироваться полки слободского казачества в казачью дивизию, командующим которой должен стать бригадир Василий Петрович Капнист, а Псковскую дивизию генерала Петра Семеновича Салтыкова усилить артиллерией. Кроме того, о чем лишь по касательной прошелся в своем докладе Апраксин, следует сформировать «военные поселения».

Я и Миних долго обсуждали «военные поселения», которые, как по мне, очень подходят для буйной местности у крымского перешейка. Так, с опорой на крепость, должны разбиваться села, куда определить солдат с выслугой в более пятнадцати лет с правом заводить семьи и возделывать земли. Пахота там очень богатая, чтобы ее просто так топтать ногами солдат и копытами боевых коней. В каждом селе будет проживать офицер, среди его обязанностей будет и необходимость контроля за старостами. Пока люди будут на барщине, которую определяли в три дня в неделю, также офицеры должны проводить смотр и обучение стрельбе и работе в группах. Один раз в месяц полк собирается на учения и так же проводит боевое слаживание.

Может быть, много скептиков из будущего, которые скажут, что аракчеевские «военные поселения» не оправдали себя. Но они даже тогда, в первой половине XIX века работали. Сейчас же поселить на новых землях, которые все еще оправдывают свое древнее название «Дикое поле», служилых людей с оружием и обученных быстрому реагированию, это безопасность и относительный порядок в регионе, тем более, что села будут с элементарными оборонительными укреплениями.

Тут же как? То запорожцы людишек захватят и отведут в свои земли, то слободские также поступят, то крымцы, то донские, а еще сюда переселяются сербы, что бегут от османов — и они воюют, и их воюют. А, казалось бы, все вокруг свои, да не так. Наличие же серьезной постоянной силы позволит уменьшить пыл буйным головам и частично снять напряжение с региона, а там и уменьшить вероятность удара в спину.

— Тогда у нас рядом с Крымским ханством боеготовых постоянных войск окажется более четырех дивизий, общей численностью в сорок четыре тысячи, из которых десять тысяч конница казаков, полк уланов и гусар, триста тридцать три пушки. Под Москвой создается два полка кирасиров, переобучение уже прошли офицеры Суздальского, Ладожского и Новгородского полков. В случае боевых действий предполагается задействовать дополнительные силы донских, яицких, оренбургских казаков, калмыков и башкир, и еще три полка — Самарский, Астраханский, Оренбургский, если обстановка в местах позволит. Общая численность войск при развертывании может составить пятьдесят тысяч пеших, семнадцать тысяч конницы, — докладывал Апраксин.

— Только крымские людоловы со своими данниками могут выставить до ста тысяч конницы, — высказался Алексей Разумовский, которому, видимо, не понравилось, что украинское казачество в данных раскладах не учитывается.