Я пожал плечами:

— Он провозглашен победителем, ваше высочество. Почему, я даже не догадываюсь.

Она рассмеялась, прекрасная и безрадостная.

— По приказу моего брата. Вы носите шарф королевы на шлеме, сэр Эйбел. Вы полагаете, что королева отдается каждому прислужнику из судомойни?

— Разумеется, нет, выше высочество. Я убью любого, кто возведет на нее столь гнусную клевету.

— Тогда вам придется убить очень многих. Они говорят моему брату такие вещи и еще худшие. Он половине верит. Вы думаете, он примет рыцаря, который носит на шлеме ее шарф?

— Думать у меня не всегда получается, ваше высочество, но я стараюсь.

Она взяла меня за руку:

— Хорошо сказано. При дворе меня мало кто любит, сэр Эйбел, и никто мне не доверяет. Если я скажу брату, что он должен поговорить с вами, это только повредит делу, с которым вы хотите к нему обратиться. Вдобавок вы явились на турнир с шарфом королевы на шлеме. Вальфатер поможет вам?

— Сомневаюсь, ваше высочество. Но надеюсь.

— Я тоже, ибо вам понадобится его помощь. Между тем я помогу вам, коли сумею. — Она понизила голос. — И граф-маршал поможет, коли осмелится. Считайте нас представителями Ская. Возможно, вам станет легче. — Она обратилась к Вистану. — Воспитание из тебя рыцаря идет полным ходом.

Он опустился на колени:

— Да, ваше высочество.

— Кинжал можно вонзить в сердце, оруженосец, а можно метнуть. Давай метнем. Мертвецы встают из могилы по моему приказу. Так я сказала твоему господину, и это правда. Он предупредил меня об опасности, поскольку долг рыцаря защищать прекрасный пол. — Она повернула голову, предоставляя Вистану возможность рассмотреть свой профиль. — Как по-твоему, я прекрасна?

— Я в жизни не встречал дамы прекраснее, ваше высочество.

Она рассмеялась:

— В таком случае сэр Эйбел защитит меня.

Она повернулась к нам спиной, неразборчиво пробормотала несколько слов и, взойдя на помост, снова уселась в кресло.

Где-то внизу громко хлопнула массивная дверь, и она улыбнулась:

— Вероятно, до тебя доходили слухи о нашем прошлогоднем турнире, оруженосец?

— Я был здесь, ваше высочество. Я тогда служил сэру Гарваону. Он стрелял из лука, бился на алебардах и участвовал в рыцарском поединке.

— А что насчет рукопашного боя? Столь славный рыцарь наверняка пожелал бы принять в нем участие.

— Он хотел, ваше высочество, но не смог. С каждой стороны должны выступать по сорок человек, и запись участников тогда уже закончилась.

— Сэру Эйбелу повезло больше.

— Да, ваше высочество.

— Знаешь почему?

Голос Вистана упал до шепота:

— Потому что я записал сэра Эйбела. Только я не хочу, чтобы он погиб. Я знаю, вы думаете, что я желаю ему смерти, но я не желаю. Вы не видели, как он дерется.

Моркана повернулась ко мне:

— Это ваш первый турнир?

Я признался, что первый.

— Некоторые рыцари, сэр Эйбел, знают, что они не имели шансов победить в предыдущих состязаниях. Сэр Гарваон хорошо стрелял из лука?

— Превосходно, ваше высочество.

— А многие стреляют неважно и не хотят оказаться в унизительном положении. Вы поняли, что такое унизительное положение, когда у вас лопнула тетива.

— Да, ваше высочество.

Из-за черного бархатного занавеса за спиной Морканы выглянула Баки. Вид у нее был ошеломленный.

— Предположим, все три стрелы улетели мимо цели. Многие не могут тягаться с сэром Герруном в бою на алебардах и тем более с сэром Кеем в рыцарском поединке.