|
.. Елки зеленые! Парень, да ты в бабах ни грамма не смыслишь. Она же делала это из любви... ради своего дружка - лиса. И отказав ей, ты оскорбил обоих. Ты что, о выходках их, бабских, ничего не знаешь? - Смешно. Конечно... - Юноша отвернулся. - Нет, Мадж, я не слишком много о них знаю. Просто приходилось все внимание уделять умственной работе. Вот поэтому я и хотел сделаться музыкантом. У музыкантов проблем с женщинами не бывает. - Невежество, приятель, любому не в радость. На себя самого посмотреть приятно становится, если знаешь все что, да почему, да как что делается. - Выдр кивнул в сторону Талеи. - Вот погляди-ка на эту милашку. Тока не говори, что она тебе не нравится. - Врать не буду, ты прав. - Ну и что же? Прожили вместе целых несколько дней, а ты еще к ней и не приступил... Тока лежал рядом. Меня она знает и к себе не подпустит, но ты-то - другое дело. - Смеешься. - Юноша поглядел в сторону рыжей гривки, снующей среди стада животных. - Да если я только прикоснусь к ней, она меня сразу выпотрошит. - Не будь, приятель, самоуверенным. Тока что ж сам говорил, что не смыслишь в этом. - А ты, значит, знаток по этой части, так я понимаю? - Опыт - вещь наживная, тока у тебя времени мало, чтоб его здесь приобрести. Подумай-ка об этом. - Подумаю, Мадж. А что, она говорит, нам действительно некуда деваться? Мы и вправду в таком отчаянном положении? - Трудно сказать, приятель. Все зависит от того, что вчера узнала полиция о событиях в Линчбени. Но лучше убраться подальше - на какое-то время. - Я-то знаю, куда мне хотелось бы. - Юноша с тоской поглядел вверх, хотя уже успел понять, что мир его лежит дальше звезд, скрывающихся в дневном небе. Что-то больно кольнуло его в щеку. Джон-Том повернулся и с негодованием поглядел на Маджа. - Лапой не дотянулся, - жестко проговорил выдр. - Вот что, кореш, слушай сюда. Я ж тебе все сказал уже, опять приходится повторять. Хватит здесь нюни разводить насчет себя самого. Ты здесь. Туда, где ты должен быть, нам тебя не вернуть. Клотагорб не может... Или не хочет... Но не вернуть. Ну и живи себе, и чем скорее ты умудришься примириться с этой мыслью - тем лучше. Или ты решил, что я еще годков шестьдесят буду с тобой нянчиться? Ошеломленный Джон-Том не ответил. Шестьдесят лет... Странно: ему даже в голову не приходило, что пробыть здесь придется годы, может быть, и десятилетия. Пока казалось, что завтра, самое позднее послезавтра он сможет отправиться восвояси. Но момент, когда Клотагорба осеняет дар мага, непредсказуем - так утверждал Мадж. Значит, домой можно и не попасть. А что, если волшебник завтра умрет? Там, в Линчбени, ночью, возле дома доктора Нилантоса, Джон-Тому казалось, что он уже успел приспособиться. Возможно, Мадж прав, и пора считать новое место обитания постоянным. Что, если все это экзамен? Можешь не волноваться, если провалишься. Радуйся, коль получил пятьдесят баллов, и блаженствуй, если удалось заслужить сотню. Так придется подойти и к жизни. Пока - прямо сейчас - он на нуле. И чем скорее сумеет привыкнуть, тем спокойнее будет, если Клотагорбу так и не удастся отослать его обратно. Назад, домой, - к ленивым разглагольствованиям в аудиториях, к банальным речам бестолковых приятелей, к повседневной рутине... которых так не хватало именно теперь в силу их недоступности. Нуль, объявил он себе. Запомни это. - Проклятая падаль, ах вы, сукины дети! Бочки с дерьмом! Ругань донеслась с противоположного конца загона. |
