Когда я прошла коридор, дверь в последнюю комнату — где есть выход в подвал — была приоткрыта, а Вероника исчезла за ней. Подождав минуту, чтобы убедиться, что за мной не следят, и она не знает, что я следую за ней, я зашла в подвал и вышла на улицу.

Температура понизилась, и дул сильный ветер. Это точно не шикарная погода для романтической встречи, но я больше ничего не могла сделать.

Вероника прокралась через парадные ворота школы, а потом прошла вверх по улице и обогнула несколько зданий вокруг школы. За этими зданиями располагается терновый сад. Когда-то он был частью Св. Софии, по крайней мере, до того момента, пока кто-то не обнаружил, что школа на самом деле им не владеет.

Днем это довольно прохладное место — много зеленой травы и местами остроконечные бетонные колонны, которые пробиваются из земли подобно шипам.

Ночью оно жуткое. Колонны казались едва ли не зловещими, и было легко потеряться в этом лабиринте. Я держалась позади Вероники, двигаясь за ней как можно тише и пытаясь не потерять ее в темноте. Что, конечно же, и произошло. Я держалась за колонной, сканируя взглядом остальную часть парка, пока не услышала ее шаги в траве и, наконец, не заметила ее.

Она стояла в центре полянки, скрестив руки на груди. На ней были рубашка с короткими рукавами и форменная юбка, и она, должно быть, замерзла. А еще она, кажется, нервничала.

Но прежде чем она смогла передумать, на полянку вышел Нику. Может, он и был готов притвориться человеком ради свидания с Вероникой, но с одеждой он не запаривался. Сегодня его пальто было немного короче — до колен, а не до лодыжек — но он по-прежнему выглядел, как герой из романа Джейн Остин. Ему только мушкета не хватало. И, быть может, уиппета.

Они смотрели друг на друга через полянку. Вероника, стройная и белокурая, и Нику, высокий и темный, оба достаточно красивы, чтобы быть персонажами сказки.

— Ты… Вероника, — произнес он.

— Я… да. А ты кто? И откуда знаешь, как меня зовут?

— Можешь звать меня… Николас. Я знаю, как тебя зовут, потому что мы раньше уже встречались.

— Раньше? — повторила она, и я увидела замешательство на ее лице… но также и проблеск узнавания. Может, из-за блэкаута блок на ее памяти теряет свою силу. Может, она и не помнит точно, откуда знает Нику, но по ее лицу я видела, что он казался ей знакомым.

— Раньше, — повторила она, на этот раз утверждая. — Ты учишься в школе где-то поблизости?

— Нет, — ответил он. — Я… работаю.

— А как ты передал мне записку?

— Записку? — спросил он, нахмурившись. Но потом он поднял голову и осмотрел сад… и поймал мой взгляд.

Он кивнул мне, а я кивнула в ответ, мой долг был погашен.

— У меня есть друзья, — сказал он ей. — Кажется, ты замерзла. Пожалуй, тебе лучше вернуться в школу.

— Думаю… я хочу остаться здесь с тобой.

На протяжении долгого, молчаливого мгновения они смотрели друг на друга с таким проникновением, что я чуть не прослезилась. «Как они смогли так быстро разделить такую связь? Как такое вообще возможно?»

Возможно или нет, но нет смысла это отрицать. Потому что вот они, в центре парка посреди ночи, таращат глаза так, будто могут спасти друг друга.

— Тебе лучше уйти, — произнес Нику, а затем поднял руку Вероники и поднес ее к свои губам. Он оставил поцелуй на внутренней стороне ее запястья, а потом прижал ее руку к своей щеке. Его ресницы опустились, и мгновение он просто стоял так.

— Как мне… — начала Вероника, но он открыл глаза и покачал головой.