Тео тоже рассмеялся.

– Тебе действительно нравится профессия медсестры?

– Очень! Эта работа относится к тем профессиям, которые требуют полной самоотдачи и искренней любви.

– Значит, ты собираешься снова работать в больнице, когда вернешься в Англию?

– Конечно. Хотя я не совсем уверена, в какой именно, – задумчиво проговорила Меган. – Когда я получила работу через агентство, то думала, что это будет чем-то вроде передышки. Но сейчас… Я уже не так уверена. Вообще-то жаль, конечно, пускать на ветер все годы обучения, но, может быть, я смогу преподавать и делать вместе с тем что-нибудь еще. Например, работать в доме престарелых.

Он с удивлением приподнял темную бровь.

– Купать дряхлых старушек, перевязывать старческие коленки и выслушивать их вечные жалобы?

– И не только это! – с улыбкой ответила она. – Как бы то ни было, мне не обязательно сейчас принимать решение – мой контракт с твоим отцом заканчивается через два месяца. И я вовсе не тороплюсь обратно в Англию, – добавила она, удобно откинувшись на сиденье и подставляя лицо солнцу. – Могу поспорить, там льет дождь.

– Одиннадцать градусов по Цельсию и постоянные дожди, по словам Элени, – отрапортовал он.

Ах да, Элени! Как глупо! Она почти позабыла о его молоденькой невесте.

Они оставили позади оживленные пригороды Лимасола и, миновав базу британской армии Акротири, помчались вдоль берега моря. Дорога то прихотливо уводила их в глубь острова, и тогда по обе стороны шоссе вырастали белые меловые утесы, кое-где поросшие сухим терновником, то вновь приближалась к самому побережью, предлагая путешественникам захватывающие дух виды сверкающего под солнцем Средиземного моря.

Они ехали чуть более получаса, когда Тео вдруг свернул к обочине и остановил машину на самом краю обрыва.

– Одна из достопримечательностей острова, – насмешливо сказал он. – Нам сегодня везет – обычно на этом месте толчется целая армия туристов.

Но сейчас здесь стояли лишь одна легковая машина и фургончик мороженщика. Заинтригованная, Меган последовала вслед за Тео к смотровой площадке на вершине скалы. Глянув вниз, она увидела, что в этом месте море выхватило у суши небольшой живописный залив, волны которого омывали усеянный мелкой галькой пляж. Кое-где из воды торчали нагромождения крупных белых валунов, и невольно складывалось впечатление, будто в незапамятные времена рука древнего мифического гиганта швырнула россыпь этих камней в сапфировые воды залива.

– Здесь родилась любовь, – пробормотал Тео голосом, в котором вдруг зазвучали хрипловатые, чувственные нотки.

Меган ощутила, как сердце резко дернулось у нee в груди.

– Афродита, богиня любви, – пояснил он, – родилась из пены морской в этом самом месте.

– О… – Она с трудом перевела дыхание. – Какое… какое прекрасное место! Погоди-ка, я обязательно должна это сфотографировать!

Она торопливо вернулась к «лендроверу» и взяла фотоаппарат с заднего сиденья. Проверяя, на месте ли пленка и правильно ли она заправлена, девушка сумела выкроить несколько драгоценных мгновений, которые помогли ей вновь обрести самообладание.

Тео стоял, прислонившись к низкому барьеру у края скалы. Та же, знакомая Меган, улыбка играла на его губах, а синие глаза, казалось, отражали сверкающую синеву моря. Она подняла фотоаппарат и навела на Тео объектив.

– Ну-ка, улыбочка!

И она щелкнула затвором.

– Давай я тебя тоже сфотографирую, – предложил он.

Пара из другой машины, наслаждавшаяся видом, повернулась к ним.