Наконец большинство танцоров окончательно выдохлись и оставили импровизированную танцевальную площадку. Над морем поднялась луна – она прошла свой древний круг и теперь вновь была полной и яркой, точно такой же, какой была тогда, в ночь помолвки Тео и Элени… Но сегодня ночью Меган не хотелось думать об Элени.

Тео уселся рядом с ней. Он был очень близко от нее, положив небрежно руку на спинку ее стула, едва касаясь кончиком пальца ее шеи – легкое, почти незаметное прикосновение, оно вполне могло сойти за случайное, но Меган почему-то так не казалось.

Кузен Костас пошел проводить Тео и Меган до «лендровера».

– Значит, теперь ты здесь, на Кипре? – спросил он у Тео.

Тот помолчал, обдумывая ответ.

– Это еще не решено. Все во многом зависит от того, насколько хорошо себя будет чувствовать отец.

– Конечно, – серьезно кивнул Костас. – Дай Бог ему хорошего здоровья. Но ты ведь еще заедешь к нам?

Тео улыбнулся и хлопнул двоюродного брата по спине:

– Обязательно. Ya sas!

– Ya sas, – ответил Костас. Он повернулся к Меган, взял ее руку и, поднеся к губам, заглянул своими бархатистыми темными глазами в самую глубину ее глаз. – А вы, kiria orea, – с хрипотцой пробормотал он, – вы ведь тоже приедете к нам?

Она неуверенно рассмеялась:

– Может быть… прежде чем уеду обратно в Англию.

Он снова поцеловал ее пальцы, сжал руку и с неохотой отпустил только тогда, когда она шагнула к «лендроверу». Еще раз крикнув на прощание «уа sas», они отъехали от таверны.

Усаживаясь поудобнее, Меган не смогла сдержать зевок.

– Это было здорово!

Тео загадочно улыбнулся.

– Я рад, что тебе понравилось.

Все-таки ей не следовало пить так много вина, – казалось, будто каждая выпитая капля ударяла прямо в голову.

– А что означает «kiria orea»? – спросила она, пытаясь наладить легкий разговор.

Тео мягко усмехнулся.

– Это означает «прекрасная леди». Он пытался с тобой флиртовать.

– О!.. – Она смущенно засмеялась. – Как забавно!

– Действительно забавно, – согласился он. – Но ты уже занята.

В его голосе слышалась негромкая, но твердая уверенность, и Меган поняла, что спорить с ним сейчас она не в состоянии.

– А я думала, мы поедем смотреть Бассейн Афродиты, – тихо сказала она.

– Так и есть. Сейчас самое удобное время – ночь, полная луна.

– Но… разве он не будет закрыт? – возразила она.

– Только не для нас.

Нет, конечно, для нас он закрыт не будет, подумала она с дрожью. Ведь он мужчина, который всегда получает то, чего хочет. Так оно и есть на самом деле.

– Это… это далеко?

– Мы уже приехали.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Яркий луч фонарика сверкнул на них из густой тени дерева.

– Endaksi, Kirios Nikolaides? – негромко спросил чей-то голос.

Меган поняла, что их приезда ожидали и что охранник проверяет, все ли в порядке.

– Только не говори мне, что наведываться сюда по ночам с дамами – это одна из твоих привычек, – сказала она.

– И не скажу, – усмехнулся он, ответив на приветствие охранника коротким взмахом руки. Резко развернув машину, он остановил ее там, где дорога заканчивалась широкой площадкой.

Негромкое постукивание остывающего двигателя было единственным звуком, нарушающим ночную тишину, а затем безмолвие, более глубокое, чем Меган когда-либо слышала, обступило их со всех сторон.