Изменить размер шрифта - +
Я надеялась, что благодаря нашим отношениям ты хоть что-то сумеешь понять в любви, но, видимо, я ошибалась. И теперь ты считаешь всех людей такими же, как ты сам, – заинтересованными только в использовании остальных. Мне следовало понять это с самого начала, но я… слишком любила тебя. Но ничего, с этим я как-нибудь справлюсь.

И, высвободив свою руку, повернулась и пошла по коридору, почти ничего не видя от слепящих ее слез.

 

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

 

– Меган?

Она сразу же узнала этот низкий, хрипловатый голос на другом конце провода и без колебаний бросила телефонную трубку. Все три дня после возвращения домой она чувствовала себя как на иголках из-за возможных попыток Тео с ней связаться – ей даже удалось вытянуть обещание из удивленной и сочувствующей Кэти, что сестра будет всячески скрывать от него ее местонахождение, если он вдруг вздумает ее искать.

Когда она оставила ту больницу в Лимасоле, единственное, что ее поддерживало, – это злость. Она поймала такси, доехала до виллы Дакиса, упаковала все свои вещи в рекордно короткий срок и, вернувшись в такси, попросила отвезти ее в аэропорт. Удача была на ее стороне – в самый пик туристического сезона ей удалось найти свободное место на лондонский рейс, пришлось, правда, делать пересадку в Мюнхене, но она бы с радостью согласилась лететь даже через Москву, если бы это помогло ей уехать с острова.

Неужели Дакис действительно изменил завещание в ее пользу? Этого она не знала, хотя просто не могла представить, что он мог принять столь невероятное решение. Но теперь это не имело значения. Тео должен был знать, что обвинения Гиоргиоса строились исключительно на злобе и зависти. Если он на самом деле любил ее, то должен был это знать!

Кэти, позевывая, вошла в комнату – еще не пробило и одиннадцати часов, и для нее это было раннее утро.

– Кто звонил? – рассеянно поинтересовалась она.

Меган низко опустила голову над страницами медицинского журнала, который пыталась читать.

– Ошиблись номером.

– О… Черт возьми, кукурузные хлопья кончились. Слушай, будь милочкой, купи коробку, если пойдешь в магазин, ладно? Кстати, ты не видела случайно мою желтенькую блузку?..

– Шелковую? Кажется, она в коридоре.

– Интересно, как она туда попала? – Кэти вышла в коридор, чтобы найти пропажу. – Вот зараза, пуговица оторвалась, а я хотела надеть ее сегодня вечером. У нас сегодня тусовка в Трамшеде. Хочешь, поехали со мной? Тебе понравится, во всяком случае, это лучше, чем сидеть дома и киснуть.

– Я вовсе не кисну! – запротестовала Меган.

Кэти лишь пожала плечами.

– Называй как хочешь, но, на мой взгляд, ты именно киснешь. Твоя главная проблема в том, что ты слишком серьезно воспринимаешь мужиков. Сначала этот нудный и напыщенный Джереми…

– А я и понятия не имела, что ты считаешь Джереми нудным и напыщенным, – заметила Меган.

– Ну разве я могла говорить тебе такое, когда ты всерьез собиралась за него замуж? – парировала младшая сестра. – Ты правильно сделала, что от него избавилась. А теперь этот греческий сноб. Допускаю, он шикарно смотрится, но нет ни одного мужчины, из-за которого стоит так убиваться. Брось и забудь о нем, найди себе другого. А что еще лучше – найди сразу нескольких. Знаешь, мужчины чем-то похожи на золотых рыбок – когда в аквариуме их плавает много, они лучше смотрятся.

Меган невольно рассмеялась.

– Что ж, благодарю за совет человека, столь искушенного а разведении золотых рыбок, – сказала она. – А насчет сегодняшнего вечера – что ж, я согласна, поехали вместе.

Возможно, Кэти права, и ей действительно следует почаще выбираться в люди и веселиться, хотя сейчас она чувствовала себя так, что шумная вечеринка в одном из ночных клубов, где частенько выступала группа ее сестры, была ей не нужна.

Быстрый переход