— Гарольд из Йофервика, следопыт, охотник за головами, в Мариграде не впервые, получил награду за убийство Милета, бандита и преступника, — сухим тоном ответил подследственный. — Максимиллиан, который из цеха торговцев, может подтвердить.

Усач обмакнул перо в чернила и начал записывать.

— Итак, голубчик, у тебя был заказ на этих двоих? Зачем ты их застрелил, скажи мне? — прищурив один глаз, спросил законник.

— Они оскорбили честь моей сестры, — бросил следопыт в ответ.

— Ты в курсе, сынок, что дуэли среди простолюдинов запрещены императорским эдиктом? Еще со времен старика Веграда. Карается смертью, — хищно улыбнулся пожилой стражник. — Сержант, обыщи нашего гостя.

Цепкие пальцы амбала стянули мешок с плеч Гарольда, ловко пробежались по поясу, нащупав все монеты до единой. На столе перед капитаном выросла небольшая горка. Несколько монет, трофейная кольчуга, веревки и проволока, бинты, фляжка с вином, точильный брусок, луковица, кремень с огнивом и, наконец, перстень и письмо.

— Ну и хлам же ты с собой таскаешь, голубчик! — воскликнул усатый, сгребая деньги в пригоршню.

В полумраке блеснуло серебро, и капитан обратил внимание на печатку. Покрутив её в пальцах, он внимательно всмотрелся в окровавленное лицо следопыта. Тот аккуратно потрогал распухший нос.

— Откуда у тебя это? — внезапно серьезным тоном спросил стражник.

— Словно ты не знаешь, кто раздает такие печатки, — попытался отбрехаться Гарольд.

И это, на удивление следопыта, сработало.

— Сержант, верни ему барахло. Закон нарушен, но мы с тобой ограничимся залогом в пользу казны, — обратился усач к подследственному. — Исключительно ради общего дела. Три сотни монет у тебя найдется, я полагаю. И еще оружие твое мы конфискуем, чтоб не убил больше никого.

Амбал удивился, но не сказал ни слова, молча бросая пожитки охотника обратно в мешок. Следопыт крепко задумался. Если немного занять у Максимиллиана, то три сотни он соберет, вместе с Фридой. Да, это в любом случае лучше, чем висеть в петле и кормить воронов.

— Ты ведь понимаешь, капитан, что мне нужно время, чтоб тебе деньги принести? — с максимально безразличным видом бросил он.

Стражник оперся локтями на стол и покрутил кончики усов.

— Даю тебе время до заката, — улыбнулся капитан. — А если не успеешь, мы все знаем, где твоя сестрица живет.

— Солнце уже на запад повернуло! — воскликнул Гарольд.

— Тем лучше ты постараешься! — стражник поднял указательный палец вверх. — Сержант, проводи нашего гостя.

Амбал вернул охотнику его мешок, и снова болезненно ткнул Гарольда под ребра, указывая направление. Поднявшись по лестнице, они прошли через кордегардию, и вышли на улицу. Яркий солнечный свет ударил в глаза Гарольду. Приближался вечер.

— Не принесешь денежки, я с твоей сестренки натурой оплату возьму, — заржал конвоир. — А тебя повесим как убийцу.

Следопыт побагровел от злости, но сделать ничего не мог. Нападение на стражу каралось строго, а убегать и становиться тем, на кого он всю жизнь охотился... Нет, в этот раз придется проглотить оскорбления. Да и Фриде придется несладко, если он ударится в бега.

Наконец, здоровяк отпустил его, и Гарольд со всех ног побежал к "Веселой пинте". Прибыв на место, он немного отдышался и вошел внутрь. Народа было не так много, как ночью, но миловидные служанки тут и там сновали с подносами на руках. Следопыт, не желая тратить время на расспросы, сразу пошел на кухню, но путь ему преградила статная бабища в фартуке, уперев руки в боки и не давая пройти. Хозяйка трактира.

— Где Фрида? — держась за вновь открывшуюся рану в ноге, спросил он.

— Я её уволила.