— Досталось тебе на первом присутствии при вскрытии, — сочувственно сказал Мак.

— Да, — вздохнула Кимберли, казалось, слегка удивленная этой мыслью. — Надеюсь, на других будет полегче.

— Думаю, что да.

Оба погрузились в молчание. Кимберли, видимо, вспоминала о змее, все еще жалея, что не убила ее. Мак обдумывал прошлые дела, по меньшей мере трехлетней давности, которые теперь принимали гипертрофированно угрожающие размеры.

Жара окутывала Кимберли и Мака, словно толстое одеяло, вдавливала в стулья, одежда их липла к коже. Обычно такая погода не досаждала Маку. Прекрасно было сидеть у родительского плавательного бассейна в одних плавках, пить вдоволь домашний лимонад. А потом, когда наступят сумерки, наблюдать, как в воздухе носятся светлячки.

Он уже не думал об идиллических летних днях. Лето обернулось врагом, когда наступила жара и девушки уже не в безопасности, даже если выезжают парами. Ему нужно позвонить в Атланту. Выяснить, как лучше всего обратиться к этому особому агенту Кэплану. А затем им потребуется содействие. Чем скорее, тем лучше. Лучшие эксперты, каких можно найти. Ботаник, биолог, геолог, энтомолог и бог весть какие еще «ологи». Существует ли эксперт по змеям? Придется найти человека, который все знает о гремучих змеях и о том, что это означает, когда змея выскакивает изо рта мертвой девушки.

Потом существовал еще камень, но его Мак так и не видел. Насчет листа, взятого им сегодня утром, он тоже ничего не узнал, хотя и сожалел, что это единственные указания-улики.

Маку нужно было тело девушки, это непременное условие. Неплохо бы осмотреть ее одежду, сумочку, волосы, сандалии. Этот тип любил оставлять указания в самых неожиданных местах и, похоже, постоянно утончал свои методы. Живая гремучая змея, втиснутая в мертвое тело… Незадача. Просто сущая… незадача. Открылась дверь. Мак услышал приближающиеся шаги, а потом во дворике обозначилась чья-то тень. Перед ними появился мужчина. Мак не узнавал его, но по выражению лица Кимберли понял, что ей он хорошо знаком.

— Кимберли, — сдержанно произнес мужчина.

— Папа, — ответила она так же холодно. Брови у Мака поднялись, когда этот человек, пожилой, подтянутый, весьма внушительный в темно-сером костюме, повернулся к нему.

— А вы, очевидно, особый агент Маккормак. Пирс Куинси. Рад познакомиться с вами.

Мак пожал протянутую руку. И тут все понял. На его губя мелькнула странная усмешка, желудок опустился, в ушах словно зазвенело. Он так беспокоился, что ВМСУР за последние восемь часов ничего не сделала. Оказывается, кое-что сделала.

Пирс Куинси не мог знать его фамилии. У бывшего агента ФБР Куинси не было причин знать кого-то из курсантов Национальной академии. Значит, ему поручили отыскать Мака. И это могло означать только…

— Будьте добры, пойдемте оба со мной, нам нужно провести совещание, — вежливо произнес Куинси.

— Тебе нечего здесь делать, — твердо возразила Кимберли.

— Меня пригласили.

— Я не звала тебя!

— Я не предполагал, что это ты.

— Черт возьми, тебе сообщили об этом трупе?

— Кимберли…

— У меня все превосходно!

— Ким…

— Я не нуждаюсь в помощи, особенно в твоей!

— К…

— Возвращайся домой. Уезжай! Если хоть чуточку любишь меня, пожалуйста, ради Бога, уезжай.

— Не могу.

— Почему не можешь?

Пирс Куинси тяжело вздохнул, но ничего не сказал.