– Ладно, идем, – сказал Юстас. – Только поторопимся.

Они сложили в дорогу немного припасов, и Уинтон закинул сумку себе на плечо. Он прихватил винчестер, который забрал на фактории, а Юстас, понятное дело, тащил свою пушку и вдобавок револьвер в правом кармане брюк. Как я успел заметить раньше, карман был сделан из кожи. В другом кармане брюк лежали патроны для штуцера. Юстас так и не снял жилетку, а шляпу нахлобучил пониже, как делал, если впереди ожидало серьезное предприятие.

– Мне видится так, – сказал Коротыш. – Вы двое во всю прыть пускаетесь в погоню, а мы постараемся идти по вашему следу – хотя, как ты знаешь, я не следопыт и никогда себя им не считал.

– Но я-то следопыт, верно? – сказал Юстас.

– Заблудиться тебе будет сложнее, – сказал Коротыш. – В этом я совершенно уверен.

Ухмыльнувшись, Юстас протянул руку потрепать Коротыша по затылку, точно мальчишку.

– Случись мне погибнуть, можешь смело забрать себе все мое дерьмо, что найдешь по дороге. Хочу, чтобы ты это знал.

Они пожали руки, потом Юстас с улыбкой оглядел всех нас. Уинтон махнул рукой, и они двинулись в путь, оставив нас с лошадьми.

Когда они скрылись из виду, Коротыш сказал:

– Нам лучше дать им время уйти вперед, чтобы не волочиться за ними, как стадо коров. Дадим пару часов, а потом двинемся следом, ведя лошадей в поводу. Когда местность позволит, продолжим путь верхом. Так мы их не упустим, а у них будет время подобраться к Жирдяю.

Чтобы нам убить время и позволить Юстасу с Уинтоном скрытно уйти вперед, мы остановились перекусить. Развели костер и приготовили в маленьком котелке немного бобов с солониной. Я решил добавить своей стряпни, смешав кукурузную муку с водой и налепив лепешек с добавкой из кусочков сала. Понятно, не самый подходящий вариант кукурузных лепешек, даже жареных – куда лучше было бы смешанное с яйцом жидкое тесто. Пока я занимался готовкой, вернулся Боров и уселся наблюдать за моими стараниями. Я оторвал кусок от бумажного мешка, положил на землю и высыпал на него кукурузной муки. Боров смел все вместе с коричневым бумажным пакетом. С тем же успехом я мог насыпать муки прямо в грязь.

Закончив с едой, мы согрели себе кофе, попили, а потом потушили костер. Коротыш достал карманные часы и поглядел время.

Пока он делал это, Спорт сказал:

– Что-то не слышно стрельбы.

– Ну да, – сказал Коротыш. – Только вряд ли они успели бы теперь его догнать. Кроме того, он мог незаметно уйти в сторону. Сдается мне, если такое случилось, он, скорее всего, сделал петлю и возвращается к нам.

Прежде такое не приходило мне в голову, и я стал внимательно осматриваться, положив руку на торчащий за поясом револьвер. Если уж придется доставать его снова, подумал я, надо быть уверенным, что мушка теперь не зацепится.

– Думаешь, он вообще знает, где мы? – спросила Джимми Сью.

– Навряд ли, – сказал Коротыш. – Думаю, он держит нос по ветру и уши торчком, лишь бы найти какое ни на есть укрытие. Если рана серьезная, его только это теперь и занимает. Может случиться, что убежище, о котором он думает, совсем не там, куда лежит наш путь, но пока что он наша лучшая ставка. Если она не сыграет, мы знаем, в какой стороне Большая Чаща, туда и отправимся все разнюхать. Выход найдется всегда. Я к тому, что не нужно зацикливаться и слишком полагаться на умения Юстаса.

– Видать, ты никогда не даешь ему спуску, а? – сказал Спот.

– Тебе не доводилось блуждать с ним столько раз, сколько мне, – ответил Коротыш.

Возможно, вы удивитесь, услышав, что при всех моих опасениях я снова почувствовал усталость и сел, привалившись спиной к дереву, да так все и было.