Проснулась она одна.

Ей потребовался целый день, чтобы отыскать его. Чары вернули принца в коттедж, предательство бросило назад под мост. Но ничто не могло исцелить ее раненое сердце. Уже никакой океан не смог бы вместить выплаканных ею слез. В страстном порыве она сказала Эйдану, что любит его. А он убежал от нее, словно она… словно она была ведьмой.

Глаза ее стали печальными. Поглядев на тролля, Ския прикусила нижнюю губку.

– Напрасно я снова делаю глупость. Быть может, тебе лучше оставаться под мостом.

С проворством ребенка тролль ухватил треногую невысокую табуретку и сел в углу, склонив голову и сложив руки. Такой тихий и жалкий, что она уже готова была забыть, что крохотное чудище сотворено ею, а не Господом.

– Хорошо. Я позволю принцу Эйдану вернуться, – подобрав юбку полотняного платья, она присела перед ним на корточки. – Но ты должен быть хорошим.

Тролль кивнул.

Она снова щелкнула пальцами. Принц вернулся и бросился на нее. Пальцы ее опять щелкнули. Тролль снова вернулся – в куда большей ярости.

Ския облегченно вздохнула. Если бы принц Эйдан не зацепился за крашеный треногий табурет, возможно, ей самой пришлось бы топать в гневе ногами.

– Ну почему ты не хочешь вести себя хорошо? Неужели ты так ненавидишь меня? – Она не знала, хочет ли на самом деле услышать ответ.

Подняв свой треногий стульчик, тролль вновь изобразил раскаяние. Она решила не обращать на него внимания и потому отправилась к буфету с медовыми пирожками.

Желая как следует досадить троллю, Ския съела перед ним весь пирожок – до последней сладкой крошки.

– Ну вот, – она погладила себя по животу. – Восхитительный вкус. Кстати, у меня их столько, что просто и не знаю, как управляюсь со всеми. – Она прикрыла глаза. – А что едят тролли на ужин? Холодных жаб? Или поганки?

Лицо тролля исказило отвращение. Ския тут же показала ему на дверь, ожидая, что он уйдет, но тут лицо его исказил ужас.

– Итак, ты хочешь остаться и получить мед и сахарные пирожки, так?

Он кивнул.

– Тогда я предоставлю тебе еще один шанс. Но будь хорошим маленьким принцем, иначе получишь как следует. Понял?

Он кивнул.

Ския щелкнула пальцами. Принц поднял глаза.

– Каким странным ты кажешься, – заметила Ския. Рот Эйдана с возмущением изогнулся, когда принц обнаружил, что все еще сидит на низеньком табурете.

– А ты кажешься такой прекрасной. – Он встал, тем не менее оставаясь на месте.

Она вспыхнула. Принц этого не знал, но когда он бывал добр к ней, чары его действовали на Скию сильнее, чем ее собственное волшебство.

– Иди сюда. Я налью тебе меду. – С ласковой улыбкой Ския черпнула чашей из котла. И поставила на стол перед принцем.

– Садись, если хочешь.

Принц осторожно обошел стол и уселся на скамью возле очага.

Чашку горячего меда он выпил до дна, не отводя глаз от Скии.

– Ты ведь понимаешь, что тебе придется отпустить меня, – произнес он низким голосом.

– Почему? – прошептала она.

– Я подслушал твой разговор с сестрой. Отец мой намеревается взять штурмом замок твоего отца. Король Турое убьет всех твоих. Я его единственный сын.

– Я держу тебе здесь только затем, чтобы ты не убил их.

Принц нахмурился. Красота его стала страшной, решила Ския.

– Я попал в этот лес потому, что заблудился. Я выехал на разведку, чтобы поподробнее разузнать об артиллерии твоего отца, но мне не представилось даже такой возможности, так ведь?

Она улыбнулась, однако новость заставила ее быстро помрачнеть.