ладно может увидимся в эдинбурге там хорошо дай мне знать

   ты по-настоящему классная и красивая и я по тебе скучаю

   дэнни

 Боже. Неудивительно, что я не понял сообщения от Лиззи. Я и свое собственное не понимаю.

 Моей первой реакцией был стыд. Стыд за свой пьяный, бессмысленный вздор. А потом мне стало дурно, ибо

 я начал осознавать...

 Медленно, постепенно связывая воедино...

 Я предложил Лиззи приехать в Эдинбург.

 И Лиззи... согласилась.

 Согласилась, хотя в настоящий момент находится в Австралии.

 Причем она не просто сказала «Да».

 Она сказала: «Хорошо! Я верю тебе! Купи мне билет!»

 Что, по сути, является просьбой.

 Пусть это шутливая просьба, дурацкая — но все равно просьба.

 Давайте рассуждать здраво. Лиззи никак не могла подумать, что я говорю серьезно. Я ведь был пьян, когда

 предложил ей поехать на поезде — на поезде! — из Австралии, на том основании, что в Эдинбурге «хорошо»,

 потому что это «большой веселый город с кучей народу».

 Она смеется надо мной. По-доброму, мягко, но смеется.

 Я стал мерить шагами комнату.

 И что мне теперь делать?

 Ну хорошо, хорошо. Допустим, я выполню ее просьбу — куплю ей билет. Но ведь она ни за что не сядет в

 самолет. С какой стати? Она едва меня знает. Однажды она почти узнала меня, но то было несколько месяцев

 назад, и тогда она жила не за тысячи миль. А теперь она на другом континенте. У нее другая жизнь. Да и

 вообще, учитывая, что уже два человека — Ханна и Уэг — думают, будто я помешан на них, мне только для

 полного счастья не хватает, чтобы еще и Лиззи на меня взъелась.

   Так как же быть?

 Что, если я куплю Лиззи билет, а ей и в самом деле взбредет в голову приехать? Что тогда? Между нами

 сложились прекрасные дружеские отношения. Зачем их рушить? Да, однажды между нами могло возникнуть

 нечто большее, но теперь поезд ушел. А вдруг, если она приедет, мы не сумеем поладить, как прежде, что я

 стану делать?

 Все это глупость, глупость и еще раз глупость.

 Но она же  попросила.

 Нет. Дохлый номер. Билет из Австралии! Не слабо, да? А потом она, возможно, и обратный потребует. Нет,

 такие расходы я не потяну. Это исключено. Эти билеты... сколько они стоят?

 Я нашел информацию в Интернете.

 545 фунтов! Как минимум!

 Я не могу тратить по 545 фунтов на девушек, с которыми я даже не встречаюсь! Впрочем, и на тех, с кем

 встречаюсь, такие деньги я тоже не могу тратить!

 Где-нибудь, когда-нибудь мне придется отказаться от своей тактики согласия. Я начал переступать через

 финансовые и эмоциональные барьеры. Причем не только свои. Как все это отразится на Лиззи? Это ж для нее

 такой напряг.

 В общем, все просто.

 Не могу я удовлетворить ее просьбу.

 Я вздохнул.

 Я потерпел фиаско.

 Так и скажу Иану утром. Скажу, что он оказался прав. Что я испугался. Что в некоторых случаях просто

 невозможно ответить согласием — каковы бы ни были последствия.

 Я застегнул свою дорожную сумку, положил в бумажник свое удостоверение священника размером с

 кредитную карту — на тот случай, если в Шотландии вдруг возникнет необходимость дать имя какому-нибудь

 ребенку — и, с тяжелым сердцем, сунул его в карман.