– Поговорим об этом с Антонио. Возможно, ему удастся все уладить. А как дела у малыша Пата? Есть проблемы?

– Ну, я считаю, что он хороший парень, действительно хороший. Но знаешь, больше не ходит к причастию и не посещает мессу, болтается с этими бродягами в Вилледже. Иногда заходит в клуб проведать дружков на Малбери-стрит, но, думаю, он становится настоящим битником. Проводит массу времени со своим партнером по патрульной машине и с этим ирландцем, Дойлом. Мне кажется, он постепенно отходит от своей нации, а теперь поговаривает о том, что хотел бы иметь собственное жилье в Вилледже. Я понимаю, что у молодого человека должны быть девушки, он должен вести сексуальную жизнь. Но теперь Пат почти помолвлен с Констанцей, и, мне кажется, ему следует быть более скрытным.

Артур рассмеялся:

– Послушай, чтобы быть в хорошей форме, иногда нужно тренироваться, правильно? Конечно, может быть, это и грех. Он не хочет говорить с тобой на эту тему, Ты – член семьи. Может, он ходит к причастию куда-то, в другое место. Я слышал, что он бывает у Помпейской Богоматери на Кармайн-стрит.

Отец Раймундо явно заинтересовался этой новостью:

– Вот оно что? Он никогда не упоминал об этом.

Спрошу отца Рафаэле, что там происходит. Имей в виду, шпионить я не собираюсь. Но буду чувствовать себя лучше, если узнаю, что хоть иногда он посещает мессу.

– Ладно, после всего, что случилось, он работает в хорошем месте, – сказал Артур. – Для него полезно быть членом общины, ходить там в церковь, знать, что творится вокруг. Он смышленый мальчик. Думаю, быстро продвинется вверх.

В зал вместе вошли Сэм и Дон Антонио. Сэм держал старшего брата под руку. На Сэме было пальто от Барберри и ирландская твидовая шляпа. Под пальто на нем был теплый твидовый пиджак, темно-серые брюки и мягкие туфли от Гуччи. Антонио был одет в черную широкополую шляпу борсалино и однобортное пальто с бархатным воротником, в котором он всегда выходил по вечерам. Антонио было всего шестьдесят пять лет, но выглядел он лет на десять старше. Лицо его избороздили морщины забот. Сэм, похожий на сельского сквайра, был в противоположность розовокожим и добродушным.

– Прекрасно, – сказал Сэм. – Два младших уже здесь. Думаю, можем начинать. Кворум имеется. Давай, я помогу тебе вылезти из пальто, Энтони.

На столе уже была бутылка с джином, и официант, не дожидаясь просьбы, разлил его по бокалам. Раймундо и Антонио выпили свои порции, не разбавляя, как лекарство. Но Артур и Сэм пили джин с содовой.

На стол поставили корзину с кунжутными хлебными палочками, которые братья жевали во время разговора. Сэм и его брат Антонио обычно обсуждали наиболее серьезные семейные дела в лимузине по пути в город. При этом они оказывались в атмосфере полного уединения, и это было одним из преимуществ разговоров в машине. Но Дон Антонио, видимо, еще не решил все вопросы, когда они сели за стол.

– Сэм, ты понимаешь выгоду поставки мазута для обогрева больниц? Тебе нужно заготовить несколько других предложений и проследить, чтобы самое прибыльное прошло в комитете губернатора.

– Правильно, – сказал Сэм и похлопал старшего брата по руке. – Хорошо, хорошо, не беспокойся. Мы сделаем все это заранее. У нас была такая же ситуация с заказами на песок и гравий для строительства автострады с парнями Дьюи. Но с этими республиканцами на севере штата очень трудно иметь дело. Если бы у нас не было друзей в Буффало и Олбани, мы просто утонули бы. Нам пришлось отправить туда большее количество груза.