Изменить размер шрифта - +
Но едва он вышел из машины и начал отключать сигнализацию, голубые напротив раздвинули занавески и оживленно замахали ему.

– Какой миленький маленький домик, – восхитилась Китти, думая о том, что такой дом несложно содержать в порядке. – А в том маленьком садике за домом вы могли бы посадить камелии.

Лизандер поместил Китти в комнате Ферди с окном-фонарем, выходящим на улицу. Она увидела пялящихся на нее геев и задернула занавески. Лизандер нашел очаровательную шелковую кремового цвета ночную рубашку, оставленную одной из его подружек, которая облегала ее, как кожа. Ей бы еще и красоту прежней владелицы...

И тем не менее, думала она, поставив будильник Ферди на шесть тридцать и ныряя в постель рядом с пушистой Лесси, это был самый прекрасный день в ее жизни. Лизандер смог заставить ее почувствовать себя не обузой и даже не молодчиной, а одной из героинь, о которых она так любила читать в романах. Она испуганно вздрогнула, вспомнив, что не помолилась, как это обычно делала. Может быть, на этот раз Бог простит ее, если она сделает это лежа.

«Прошу тебя, Господи, дай Лизандеру счастье и отыщи для него прекрасную девушку, которая будет ухаживать за ним и не допустит, чтобы он, такой славный, скитался и скитался».

Отвыкший от интенсивного лондонского шума, Лизандер проснулся около шести и с ужасом услышал, что Ферди возвращается после ночных развлечений. Не желая получать нагоняй и еще полусонный, он натянул одеяло на голову, надеясь, что неприятности пройдут сами собой. Он слышал, как открывается дверь спальни Ферди, затем последовала длинная пауза, которая, как он ожидал, взорвется криками, но дверь просто снова закрылась. И Лизандер с облегчением уснул.

Двумя часами позже, вспомнив, что они собирались ехать самым ранним поездом, мучимый похмельем, он крадучись спустился вниз, ожидая найти разъяренного Ферди спящим на софе, вероятно, замерзшего без одеяла. Но, к его ужасу, там никого не было, а диванные подушечки оставались нетронутыми. Должно быть, Ферди отправился на работу. Но, раздвинув занавески в гостиной, он увидел красный «феррари», все-таки перешедший к Ферди, а черные башмаки Ферди соседствовали на кухонном столе с ключами от «феррари».

Лизандер перепугался. Ведь Китти была невинной девушкой под его присмотром. Как ужасно, если Ферди в своем новом обличье вернулся домой пьяным .и в поисках приключений. Он вспомнил, что застал их полуодетыми и хохочущими во время взвешивания в «Валгалле». Ферди всегда нравился Китти. В бешенстве Лизандер закурил «Мальборо» Ферди и поставил чайник. Худшие опасения подтвердились, когда его старый товарищ по квартире спустился вниз, завернув в полотенце стройный загорелый торс, еще более самодовольный, чем выходящий от Рэчел Раннальдини.

– Мне черный и без сахара, – сказал Ферди, доставая из холодильника упаковку несладкого грейпфрутового сока. – У меня для тебя есть потрясающая работенка в Бразилии на две недели.

Лизандер пытался скрыть охватившую его ярость.

Китти была не из тех, кого ревнуют. Но раздражение, к его удивлению, сменилось облегчением, когда десять минут спустя вниз сбежала Китти.

– Я просто потрясена. Бедный Ферди вынужден был спать в кресле в своей же комнате. И он, должно быть, выключил будильник, и мы проспали.

Когда они наконец к середине дня добрались до «Валгаллы», на автоответчике Китти обнаружила невероятно рассерженное послание от Раннальдини:

– Китти, мать твою, где тебя носит? Сразу же, как вернешься, позвони мне в Беверли Уилшир. И в следующий раз, когда сорвешься к своей мамаше, оставляй номер ее телефона.

«Даже за тысячи миль отсюда он терроризирует ее», – сердито подумал Лизандер, видя, как тряслись руки Китти, когда она листала страницы лос-анджелесского телефонного справочника.

Быстрый переход