Внутри тюремного конверта письмо, запечатанное в другой ярко-синий, будто огромная, застывшая в стоп-кадре искра. Кеара тренировалась, выписывая буквы и соединения вверх ногами, а потом, перевернув листок, в нормальном виде. Голодным стервятником усевшись на ладонь, письмо с вожделением на меня смотрит. В любой другой день я по толщине определил бы, сколько в нём страниц.

Ет. Ет. Ет… Воспоминания корчатся, мозг кричит, пытаясь спастись от острого клюва стервятника. Я разрываю синий конверт. Волна её запаха — это я ей его подарил! «Помню каждую секунду, проведённую рядом с тобой». Я ещё долго буду видеть её в каждой встречной женщине. Делаю глубокий вдох, стараясь впитать её запах, сердце отогревает благословенное тепло, а догорающий день накрывает холодной пеленой света.

Закрываю глаза. Я Джон Долан Уинсент, назван в честь отца… Нет, нужно набраться храбрости и посмотреть.

Тупой карандаш, уже меняющийся почерк — она писала мне правду, излагая факты примерно в той же последовательности, что и я когда-то. Её правда очень похожа на мою, а начинается со слова, которое она шептала мне лишь в темноте:

«Джонни…»